Книга Ребёнок от босса. Научи меня любить, страница 119 – Полина Довлатова, Чарли Энн Маар

Боже, мама Глеба Викторовича, наверно, думает, что я ненормальная. Мало того, что заикаюсь, когда пытаюсь её сына по имени назвать, так ещё и трясусь вся как эпилептик.

— Ты знаешь, и это правильно, – женщина мягко улыбается. – Диагнозы должен ставить врач, а не “знатоки” из всемирной паутины. Там, конечно, бывает и правдивая информация, но ты никогда не узнаешь, что правда, а что чушь. Вот читаешь ты какую-нибудь интересную статью. А откуда ты можешь знать, что её писал врач? Это может быть кто угодно. Может вообще дурачок какой-нибудь местный. Или “умник”, который начитался медицинских справочников и теперь считает, что знает всё лучше врачей. А сколько там статей про пиявок для потенции, маааама, дорогая, – приложив ладонь к лицу закатывает глаза и мне почему-то становится так смешно.

Мама Воронцова рассуждает обо всём этом с таким серьёзным лицом, что, не сдержавшись, я начинаю тихонько хохотать.

— Извините, Ольга Андреевна, я не над вами смеюсь. Я над…

— Над пиявками, я поняла, – отмахивается. – Да смейся на здоровье, это же замечательно. А то мне показалось, что ты меня как будто побаиваешься. Я не кусаюсь, Инночка, – кладёт свою руку поверх моей ладони. – Собственно, об этом я и хотела с тобой поговорить. Инна, если тебе вдруг понадобиться помощь, какая угодно, я хочу, чтобы ты знала, что можешь ко мне обратиться.

— Спасибо, – смущённо опускаю глаза.

В этот момент чувствую себя крайне неловко и как-то… гадко становится. Мама Глеба Викторовича ведь считает меня любимой женщиной своего сына, а я… обманываю её, получается так.

— Я серьёзно, дорогая. Не надо воспринимать мои слова как дань хорошим манерам. Если нужно помочь по дому, съездить с тобой в клинику, или ещё что-то, пожалуйста, обращайся. С Глебом на эту тему говорить бесполезно. Он о помощи никогда не попросит. Ты уж не обижайся на него. Я знаю, что мой сын может быть не очень словоохотливым и, возможно, недостаточно проявляет свои чувства. Поверь, это совсем не значит, что у него их нет. Он ведь не робот. Просто такой уж у него характер. Он всегда не особенно любил открыто выражать свои эмоции, а после развода у него и вовсе испортился характер.

После развода… Я помню, Воронцов говорил, что раньше был женат. Эта мысль до сих пор меня в шок повергает. Ну никак не вяжется у меня образ этого человека с семьянином. Женатым мужчиной. Мне кажется он и брак – это просто не сочетающиеся понятия.

И, честно говоря, внутри так и свербит узнать подробности. Но Глеб Викторович ещё в прошлый раз дал понять, что не намерен обсуждать со мной эту тему.

А Ольга Андреевна? Она ведь сама этот разговор завела…

— Ольга Андреевна, – спрашиваю осторожно, стараясь чтобы голос не дрожал и не выдавал заинтересованность. – А почему Глеб… ну… почему они с бывшей женой развелись?

Господи, как это должно быть глупо выглядит со стороны. Нынешняя пассия интересуется у матери своего мужчины, почему он разошёлся с предыдущей. Как-то это всё… неприятно что ли. Чувствую себя какой-то жалкой в этот момент. Склочная сплетница. Вот ты кто, Инна.

— Ты знаешь, а я не удивлена, что Глеб тебе не рассказал, – женщина устало выдыхает и, встав из-за стола начинает собирать с него грязную посуду. – Ты только не обижайся на него. Просто для него это до сих пор остаётся болезненной темой.