Книга Невеста Соболя, страница 57 – Полина Довлатова, Чарли Энн Маар

— Ну что, поплыли? — громко говорит Рита, обращая таким образом внимание мужчин на нас.

Они поворачиваются одновременно. Куда смотрит Гор, я не вижу. Мой взгляд фокусируется на Славе.

Его глаза медленно проходятся по моему телу. Вверх-вниз и обратно. И темнеют с такой бешеной скоростью, что у меня из лёгких вышибает воздух, а живот сводит сладкой судорогой, из-за которой подкашиваются ноги.

Твою. Мать.

Чёрт.

Твою мать!!!!

Ошалело разглядываю Санино тело, на котором просто, нахрен, вообще ни черта не надето, кроме нескольких красных верёвочек и трёх лоскутков ткани на груди и бёдрах.

Где, чёрт возьми, купальник?

Как дурной, словно в трансе каком-то веду взглядом с верху вниз и обратно и чувствую, что не смотря на холод у меня всё внутри горит так, будто кто-то облил меня бензином и поджог, а я, млять, даже не заметил.

Ну конечно, куда уж тут заметить, если я как олень озабоченный на Сашу таращусь. Ещё немного и у меня глаза из орбит вывалятся.

Смотрю на упругую грудь, едва прикрытую чёртовыми лоскутами, и у меня кадык, дёргается от того, как часто я сглатываю слюну. А когда я думаю о том, что ещё совсем недавно, вот буквально сегодня утром, я ощущал эту грудь на себе, у меня кишки сводит и всё, что ниже кишок тоже. Да, пожалуй, в основном только то, что ниже.

И если уж вспоминать инцидент в душе, то там я ощущал, но не смотрел. А сейчас я, чёрт возьми, смотрю.

На Санину тонкую талию смотрю. На её плоский живот. И, чёрт, возьми на ту самую серёжку в аккуратном маленьком пупке.

Хочу! Хочу зубами в эту серёжку вцепиться. Хочу талию её сжать в своих ладонях. Хочу вбить девчонку в себя. Хочу сам в неё жёстко вбиваться.

Хочу! Хочу! Хочу, млять, тебя Саша, так что у меня искры из глаз сейчас посыпались бы, если бы боковое зрение не ловило толпу мужиков, находящихся с ней на одном периметре.

И вот эта маленькая, но охренительно важная деталь выбивает из меня все остальные мысли с такой силой, как если бы мне бейсбольной битой со всей дури по мозгам вмазали.

Я, чёрт возьми, вижу каждого мудака, который сейчас на неё свои зенки таращит. И от этого моё дыхание учащается как у быка на ринге перед красной тряпкой. И в роли этой самой тряпки сейчас выступают грёбанные лоскуты на Санином теле.

— Ребят, ну вы чего стоите? Догоняйте нас давайте. — где-то на переферии слышу бодры голос Гора, который уже во всю барахтается с семьёй в бассейне.

Конечно, чего бы ему не веселиться? У него то жена в нормальный человеческий купальник одета.

Чёрт! Убью тебя, Саша.

Радостно сияя, Санёк делает шаг в мою сторону, но тут же замирает, очевидно, замечая предупреждение в моём взгляде, и улыбка с её лица медленно сползает.

Правильно. Бойся, меня, Саша.

С остервенением срываю со спинки стула полотенце и, подлетев к этой мелкой заразе, в одну секунду обматываю махровую ткань вокруг её тела. Рывком стягиваю узел на её груди и дёргаю девчонку на себя.

— Какого хрена ты напялила на себя эти верёвки? — рычу ей на ухо, меча предупреждающие взгляды в мужиков, которые её уже всю с ног до головы обмусолить успели.

Если эти уроды озабоченные прямо сейчас не повернут рыло в другую сторону, я им глазные яблоки вырву и у Сани на глазах сожру, чтобы в следующий раз головой своей думала, а не тем местом, на которое она низ от купальника напялила.