Книга Новогодняя сказка для ведьмочки, страница 79 – Елена Казанцева

Айлин с утра хлопочет на кухне. По дому расползается сладкий запах сдобы и ванили с примесью корицы. На плите что-то скворчит и булькает. Но Айлин строго настрого запретила заходить на кухню. Только кот преданно сидит у ног главной ведьмы и смотрит на нее влюбленными глазами. Предатель!

Все в этом доме пришло в движение. И это мне нравится. В душе родилось чувство, что я живой, я живу, вокруг меня жизнь плещется и бурлит. Теперь точно никакой скуки, никаких посиделок с пластмассовой блондинкой Ланой. Эту жизнь я хочу пить, как родниковую воду.

В одиннадцать часов Юля засобиралась с детьми на елку в главный административный корпус, там их уже ждал Дед Мороз с подарками. Они ушли, и в доме ненадолго повисла тишина. Даже стало немного грустно, я уже привык в сутолоке и шуму. И где-то внутри появилось чувство тревоги. Я списал это на мои страхи.

Да, теперь я боюсь потерять Юльку. Еще несколько месяцев назад я ее ненавидел, хотелось бросить этот дом и переехать жить в другое место. А теперь боюсь! Боюсь ее потерять, боюсь, что она со своим сложным характером не уживется со мной, хлопнет дверью, заберет детей и исчезнет с моего горизонта. Поэтому всякий раз переживаю, когда она уходит из дома.

Вот и сейчас хожу из угла в угол, нервничаю, все из рук валится. Дед Юлькин только вздыхает, глядя на меня, забирает из моих рук молоток и начинает развешивать гирлянды по стенам зала.

И тут раздался звонок. Вроде мы никого не ждем. На пороге стоит Сергей Сергеевич Волчин. Он зло вращает глазами, глядя на меня, стойка, как у боевого петуха, вот-вот клюнет.

— Доброе утро, Сергей Сергеевич, чем обязан вашему визиту?

— Твоя девка, — он тычет пальцем мне в грудь, — чуть не убила мою дочь! Ты думаешь, я прощу вам это?

— Юлия и пальцем не коснулась вашей дочери, поэтому ваши претензии не обоснованы, — говорю уверенно с нажимом, с этим человеком можно говорить только так.

— Да, вы, Да ты…

Он брызжет слюной, толкает меня в грудь, того и гляди — клюнет или ударит.

Но вдруг застывает, как вкопанный, его глаза расширяются и наполняются страхом. Позади меня стоит Айлин. Кожа на лице Сергей Сергеевича сначала бледнеет, потом покрывается пятнами, а затем становится красной, словно он из бани вышел.

— Так кого там моя внучка обидела? — глаза Айлин, что грозовые облака.

— З-з-зд-зд-рассссс-те, — Сергей Сергеевич начинает заикаться, его толстые щеки трясутся, а его рожа становится краснее томата.

— Так кого моя внученька обидела, Сергей? — Айлин напоминает мне коршуна, готового броситься на защиту своего птенца, и это не быдловатый Сергей, она ведьма.

— Юля ваша внучка, — елейным голосом произносит Сергей Сергеевич.

— Внучка! Так кого она там обидела? — Айлин говорит негромко, но в доме вдруг стало так тихо, что слышно как цокают когти Лео о пол. — Уж не твою ли доченьку?

— У них вышло недопонимание, соперничество, — бормочет Сергей Сергеевич, и его лицо вновь покрывается багровыми пятнами с фиолетовым отливом, меня уже начинает смешить эта «радуга» на его лице.

— Не твоя ли дочурка натравила на Юлю амбалов? — взгляд Айлин с каждой минутой становится все грознее, как облака перед бурей темнеют, так радужка ее глаз становится темнее грозовой тучи.

— Это сущее недоразумение, девочки соперничают из-за, — и Сергей Сергеевич смотрит в мою сторону, вот тут я не понял совсем ничего.