Книга Сказка для Анжелики, страница 85 – Елена Казанцева

— Сегодня произошло событие…

— Горит пафосный ночной клуб…

— Ужасное происшествие, возможно с погибшими…

— Ээээ, тут нельзя снимать…

И тут начинается драка, среди охраны клуба и репортеров новостных программ, те тоже не дураки, приехали с группой поддержки. Из машин новостных каналов вываливаются здоровые парни и влезают в драку. И махаться начинают все. Не прошло и десяти минут, как начался крутой замес. Тут досталось по зубам какому-то властному чуваку, за него встряли его охранники. Не понятно кто кого бьет, за что и почему. Визжат проститутки и тоже норовят кому-нибудь провести по морде когтями. Свистят в воздухе пудовые кулаки, мелькают ноги, бьют головой, а недалеко полуголый мужик жамкает проститутку, а та пищит: Бесплатно не дам!

Цирк уехал, клоуны остались.

Возле дерущихся бегают корреспонденты, продолжая вещать. Чья-то камера от удара улетела в кусты. Корреспонденша с ярко-красными ногтями пытается выцарапать глаза громиле, визжит и бьет того лохматым микрофоном по лысой голове.

Я натыкаюсь на Пашу, по его довольной морде понимаю, что он уже пару ударов нанес кому-то, уж больно рожа довольная и лоснится.

— Аглаи негде нет, — констатирую я факт.

— Может она осталась внутри, держи куртку, я быстро, — и не дождавшись моего ответа, Пашка ныряет внутрь клуба, туда, куда тянутся рукава пожарные.

А попыталась сделать тоже самое, но была остановлена на выходе мужиком в каске.

— Девушка, туда нельзя, мы тушим пожар, — мужчина серьезно сводит брови.

— Там моя тетушка, — прошу я его.

— Нельзя, задымление, задохнетесь, — пыхтит пожарный. — Всех пострадавших грузим в скорые, смотрите там.

Мне от его слов становится страшно. Я ведь всего то и хотела устроить шумиху, чтобы приехали пожарные и полиция, чтобы народ увидел правду, что это не ночной клуб, а публичный дом. Я хотела вырвать из рук Волчиной доходный бизнес, но не хотела причинять зла людям.

На миг мне стало плохо, закружилась голова.

Ко мне подскочила девочка в форменной тужурке с красным крестом на груди.

— Девушка, вам плохо, дыма наглотались.

— Нет, нет, все хорошо, у меня там родственница, — пытаюсь вырваться из рук докторши.

— Всех уже вывели, — говорит докторша.

— Где те, кто пострадал, — хватаю за грудки женщину.

— Так там, — и она машет рукой в сторону скорых.

Я толкаю ее и бегу, бегу со всех ног туда, где возможно моя Аглая.

И тут наперерез мне выскакивает лохматое чудовище.

— Сука, так и знала, что ты тут замешана, — шипит на меня чудовище, в котором я узнаю Нику.

— Ой, что это с тобой? Ника? Ты ли это? — язвлю я. — Тебя просто не узнать.

Волосы Ники стоят дыбом, в них запутались куски штукатурки вперемешку с пеплом и маленькими кусочками бумаги, словно она прошла через горящий склад хозтоваров. На щеках девушки вместо румян сажа, платье порвано, грязное, похожее на серую тряпку, на ногах нет обуви.

— Что это с тобой, Ника? — картинно развела я руками, словно не в курсе.

— Все ты в курсе, сука, — шипит Ника и тянет ручонки ко мне, вот только без своих каблуков-костылей Ника от горшка с два вершка, максимум до титек моих может дотянуться. — Это ты сделала! Ты хочешь разрушить мой бизнес.

— Нет, я хочу от твоего бизнеса камня на камне не оставить! — вдруг вырывается у меня.

— Я тебя засужу, — орет Ника.