Книга Сказка для Анжелики, страница 21 – Елена Казанцева

— Что ты несешь? — шипит мать. — Совсем ополоумела!

Но тут появляется Роберт. Он идет быстрым шагом к нам, и в его глазах я вижу огонь ярости. О, милый, ты еще меня не знаешь, ты у меня огнем плеваться будешь, я умею доводить до белого каления.

— Как это называется, Дарья Владимировна, — шипит на мою мать Роберт. — Я приехал, а вашей дочери и след простыл?

— Роберт, она вас не дождалась, — и они оба смотрят на меня.

— А я что, я ничего, — делаю я глазки кота из Шрека.

— Почему она в таком виде, Дарья Владимировна, вы меня опозорить хотите? — рычит уже Роберт, а на нас косо посматривают окружающие.

— Ну, что вы, Роберт, как можно, — бормочет что-то в оправдание моя мама.

— Мам, я что-то не поняла? Это почему я Роберта позорю? Он мне никто и звать его никак, — смотрю в глаза матери, а той глазенки по сторонам бегают, красные пятна на шее выступили.

— Твоя мать тебе не сказала? — Роберт приблизился ко мне, наклонился, сейчас его глаза так близко, я чувствую его дыхание. От него пахнет чем-то приторным, неприятным. Его зрачки слишком расширены. До меня, наконец, доходит, что Роберт — наркоман. Вот почему он агрессивен, хотя в прошлый раз и повода не было. — Твои родители должны были объявить о нашей помолвке! Но в таком виде ты мне не нужна, шлюха.

Он скрипит зубами, и я понимаю, что свою агрессии он едва сдерживает.

— Опаньки, без меня меня женили, а я еще не давала своего согласия.

— А тебя никто и спрашивать не будет, — рычит Роберт.

— Роберт, прошу вас, на нас уже смотрят, — шипит моя мать. — Это неподобающе.

— Я сам решу, что подобающе, а что нет, — рявкает Роберт и уходит из зала.

— Ты тварь, — рычит тихонько мать, продолжая улыбаться проходящим мимо нас гостям. — Ты все испоганила. Роберт нас может уничтожить.

— Если тебе так нужен Роберт, вот и выходи за него замуж сама, — прямо заявляю матери.

Та пугается, дергается, как марионетка. Потом бежит в другой зал.

Отец. Как я про него забыла. Надо уматывать отсюда, пока не получила выволочку еще и от отца.

И я, накинув на плечи шубку, вылетаю из этого светского мирка, мира богатых, мира селебрити, мира чванливых и завистливых. Уф! Устала.

А куда дальше? Снова к Юльке? А вдруг у нее там с Ярославом срослось, я буду только помехой?

Остается только один человек, что вырастил меня, моя няня.

Мама меня не растила. Ей было не до меня. У нее светские рауты, благотворительные балы, посиделки в ресторане с «подругами», а еще она любит ездить на переговоры с отцом.

Меня вырастила ее бездетная, незамужняя тетка Аглая Федоровна. Она выхаживала меня с пеленок. Сколько себя помню, и днем, и ночью со мной была няня Аглая. Отец почему-то не доверял чужим людям, поэтому для меня до совершеннолетия прислугой, няней и просто родным человеком была тетушка Аглая. Правда был у тетушки один маленький недостаток, она любила «залить за воротник». И пока она жила с нами, папа это строго контролировал. Но я выросла, тетушку из семьи попросили, папа ей подарил квартиру в центре, выделил деньги на пенсию, и тетушка Аглая перебралась в свою квартирку. Тут уж она могла не сдерживаться. Тормозом было лишь отсутствие денег. Зная ее тягу к спиртному, когда она жаловалась на отсутствие денег, я ей ни копейки не давала. Просто заезжала в ближайший супермаркет, покупала кучу продуктов и привозила ей.