Книга Хулиган. Его тихоня, страница 324 – Эла Герс

Затем я увидел, как они сложились в заветные слова:

— Я — твоя.

Мои глаза вернулись к ее глазам, когда она провела руками по моей груди.

— А ты — мой, — луково вымолвила она, словно ставя на мне печать принадлежности.

И я поцеловал ее, сквозь радостный смех, рвущийся из груди.

И это было великолепно.

Она растаяла в моих объятьях, а ее пальцы скользнули в мои волосы. Поцелуй был страстным, безудержным, наполненным тоской и желанием.

Как же сильно мне этого не хватало. И как сильно я скучал по ней. И больше я ее не отпущу. Никогда. К черту последствия. Я не собирался больше валять дурака.

Я собирался получить то, что хотел.

Хотя бы раз в жизни.

Когда мы разорвали поцелуй, я прижался лбом к ее лбу. Она часто-часто моргала, облизывая губы, опухшие от моих поцелуев. Я нежно сжал ее в своих объятьях и уточнил:

— Мне не послышалось? Ты сказала, что будешь бороться со мной, если я не перестану избивать людей?

Ее лицо окрасилось в нежно-розовый цвет и она начала заикаться от волнения:

— Д-да, я буду бороться с тобой.

— И как ты собираешься это делать?

— Попрошу помощи у Данила.

— Даня — мой лучший друг, — напомнил я ей.

— Он сказал, что уже отрекся от тебя, — сказала она, пожав плечами. — Так что я делаю его своим лучшим другом.

— Ладно. Но он все равно не сможет противостоять мне, — я победоносно ухмыльнулся.

— Тогда я попрошу о помощи твоего отца.

Смеясь, я подвел ее к дивану, сел сам и усадил ее к себе на колени, обхватив руками ее талию. Она прижалась ко мне всем телом, положив голову мне на плечо, а ее пальцы принялись обводить контур татуировки на моей руке. Тепло разлилось по моему телу и я улыбнулся, уткнувшись в ее волосы.

Мне было приятно сидеть с ней вот так, было приятно даже молчать. Но я знал, что должен был как можно скорее прояснить одно недоразумение.

— Ксюша… Я… — я вздохнул и снова зарылся носом в ее волосы. — Я не знаю, с чего начать.

— Можешь начать вот с чего — скажи, что ты осознал свою ошибку и больше никогда не будешь меня отталкивать, — предложила она.

Засмеявшись, я сильнее сжал ее в своих объятиях.

— Я знал, что у тебя есть характер, Ксюша, но не знал, что ты станешь проявлять его вот так. Ты теперь практически бесстрашная.

— Я просто хотела быть сильной для тебя, — тихо прошептала она, после некоторой паузы.

Я почувствовал, как у меня сжалось горло, и перевел взгляд на ее расстроенное лицо. Она кусала дрожащую губу, стараясь не заплакать. Я ждал и слушал, как она пыталась выравнять дыхание.

— Он педофил, Ксюша, — решился сказать я.

Ее взгляд метнулся ко мне, а брови сошлись вместе.

— Кто?

— Тот, кого ты видела на складе.

— Правда? — потрясено выдохнула она, вздрогнув всем телом.

Я кивнул и вновь заговорил:

— Помнишь вечеринку у костра? Когда меня окликнули и попросили поговорить?

— Да. Я помню того парня. Мне показалось, он был в отчаянии, а ты пытался его успокоить, — ответила она все тем же шепотом.

— Это был Тим. У него есть младшая сестра. А этот ублюдок их двоюродный брат. Два года назад Тим увидел, как он вошел в комнату его сестры, а когда зашел проверить их, этот ублюдок раздевал ее, предлагая… поиграть в игру для взрослых.

Ксюша побледнела, когда услышала это, а я продолжил:

— После этого случая Тим старался не оставлять сестру с ним наедине. Но он чисто физически не мог постоянно находиться рядом с ней. Он боялся за сестру и грозился написать заявление в полицию или рассказать об этом родителям. Но этот ублюдок просто рассмеялся с него. Потому что знал, что никто не поверит Тиму, который балуется запрещенкой и состоит на учете в полиции с подростковых лет.