Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 31 – Виктор Громов

— Дмитрий Сергеевич?

Арсеньев перевернул жетон. Теперь надпись была хорошо видна. Телеграфное ведомство. Ниже фамилия. Марина прочла её сама. Сначала решила, что ошиблась. Потом вспомнила лёгкую улыбку мужчины в рабочем сюртуке, его привычное «Варя», уверенность, что по ночам она всегда запирала дверь, и то, как он первым сообщил Софье о приезде жандармов. На потёртой латуни было выгравировано:

АЛЕКСЕЙ ЖАРОВ.

— Его нужно задержать.

Марина сказала это ещё до того, как они вернулись на действующую линию. Дмитрий Сергеевич шёл рядом по старым шпалам, время от времени поглядывая на землю. Найденный возле служебной будки жетон он убрал отдельно от остальных вещей, завернув в платок, и с тех пор почти не говорил.

От Северной они ушли значительно медленнее, чем пришли. Теперь каждый след, сломанная ветка и свежая царапина на дереве могли иметь значение. Однако неизвестный предусмотрел путь отхода лучше, чем хотелось бы: за старым пакгаузом следы смешивались с отпечатками рабочих сапог на просёлочной дороге, а дальше терялись совсем. Им осталось только имя. Алексей Жаров.

— Вы меня слышали? — спросила Марина.

— Прекрасно.

— Тогда почему молчите?

— Потому что думаю.

Марина дала ему договорить, прежде чем вернуться к тому, что действительно её беспокоило.

— Удивительное совпадение. Я тоже думаю, и у меня получается, что служебный жетон Жарова выпал из кармана человека, который следил за нами на станции, используемой для тайной передачи сообщений.

— Получается.

— Значит, задерживаем Жарова.

— Нет.

Марина остановилась. Дмитрий прошёл ещё несколько шагов, заметил её отсутствие и обернулся.

— Что значит «нет»?

— В данном случае слово употреблено в обычном значении.

— Господин жандарм, сейчас не лучшее время упражняться в остроумии.

— Я совершенно серьёзен.

— Тогда объясните.

Он посмотрел вдоль рельсов. До Берёзового Лога оставалось ещё довольно далеко, вокруг не было никого.

— Если человек убегает с заброшенной станции и роняет жетон с собственным именем, возможны по меньшей мере три объяснения.

— Первое: это Жаров.

— Да.

— Второе?

— Это не Жаров, но жетон оказался у него случайно.

— И третье?

— Кто-то хочет, чтобы мы решили, будто это Жаров.

Марина сжала губы.

— Удобно.

— Для кого?

— Для вас.

Он чуть приподнял брови.

— Уже интересно.

— Жаров работает с телеграфом, имеет доступ к аппаратам, знает Варвару, знает станцию, разбирается в линиях связи. Его жетон лежит там, где действует незаконный телеграф. При этом вы не хотите его задерживать.

— Потому что задержание предупреждает подозреваемого о том, что именно нам известно.

— А если он сейчас исчезнет?

— Значит, сделает мой выбор гораздо проще.

— То есть вы собираетесь отпустить человека, который, возможно, только что убегал от нас, чтобы посмотреть, станет ли он убегать ещё раз?

— Примерно.

Марина невольно фыркнула.

— Великолепная система.

— У вас есть лучше?

— Есть. Задержать его, обыскать, установить, где он был последние часы, проверить одежду, обувь и выяснить, когда он потерял жетон.

— Всё это можно сделать и без публичного ареста.

— А если он уничтожит доказательства?

— Если мы его сейчас схватим, остальные участники, существование которых вы сами предполагаете, поймут, что Северная раскрыта.