Книга Телеграфистка из будущего. Шифр для господина жандарма, страница 25 – Виктор Громов

— Что?

— Ничего. Я просто почти поверила, что получила ответ.

— Вы его получили.

— Технически.

— Иногда техническая точность вполне достаточна.

— Для телеграфа, возможно.

Его взгляд на мгновение задержался на ней.

— А для брака?

Марина не сразу ответила. Поезд вошёл в длинный поворот. Свет от окна переместился по купе.

— Для брака одной точности мало.

— А чего достаточно?

— Не знаю. Если бы существовал надёжный перечень условий, люди давно печатали бы его на обороте свидетельства.

— Звучит так, будто вы разочарованы.

— Звучит так, будто я взрослая.

Он не стал уточнять. Слава Богу. Марина сама почувствовала, насколько последняя фраза могла показаться странной для двадцатидевятилетней Варвары. Дмитрий перевёл разговор:

— Вы действительно не хотите замуж?

— Откуда вы взяли?

— На станции говорят, что отказывали дважды.

Марина мысленно отметила новую информацию о Варваре.

— На станции слишком много свободного времени.

— Не отвечаете.

— А зачем вам?

— Пытаюсь понять человека, который последние две недели втайне собирал коммерческие телеграммы.

— И брак поможет?

— Мотивы помогают.

Она чуть улыбнулась.

— Может быть, я просто люблю работу.

— Больше семьи?

— Вы снова предлагаете выбор, который придумали сами. Человек может любить работу и семью.

— Но у вас семьи нет.

На несколько мгновений спор уступил место вниманию: оба смотрели уже не друг на друга, а на факты.

— Значит, пока не встретился человек, ради которого я сочла бы разумным менять жизнь.

— Суровые требования.

— Разумные.

— Чем отличаются?

— Суровые не дают шанса никому. Разумные не дают шанса неподходящим.

Дмитрий задержал взгляд на ней, затем отвернулся к окну.

— Теперь понимаю, почему на станции считают вас трудной женщиной.

Марина усмехнулась.

— А вы быстро собираете сплетни.

— Иногда сплетни полезнее официальных показаний.

— Особенно когда нужно объяснить женщине, что она неправильно живёт.

— Я ничего вам не объясняю.

— Вот за это пока и ценю.

Последние слова вырвались легче, чем следовало. Марина заметила это одновременно с ним. Дмитрий не улыбнулся, но в его лице появилось едва заметное тепло, которое он почти сразу спрятал.

— «Пока» оставляет мне мало времени, — сказал он.

— Вы же любите работать в сложных условиях.

— Кто вам сказал?

— Наблюдение.

Впервые за всё время уголок его рта дрогнул так заметно, что это почти сошло за улыбку — короткую, сдержанную, но совершенно искреннюю. Марина неожиданно подумала, что настоящая Варвара могла ошибаться, и сразу напомнила себе о царапинах под столом.

НЕ ВЕРЬ АРСЕНЬЕВУ.

Нет. Пока ничего не изменилось.

* * *

Через несколько минут разговор вернулся к делу. Дмитрий достал лист с выписанными телеграммами.

— Я всё ещё хочу понять, как вы заметили систему так быстро.

— Мы уже обсуждали.

— Нет. Вы сказали, что хорошо запоминаете цифры.

— Это правда.

— Но одного запоминания мало. Вы сразу начали искать повторяющуюся разницу, потом разделители, затем буквы.

Она взглянула на него.

— И?

— Откуда провинциальная телеграфистка знает столько о кодировании информации?

Вот вопрос, которого она ждала. От ответа зависело больше, чем казалось. Сказать правду невозможно. Слишком сложная ложь потребует новых ложных подробностей. Лучше всего работало простое объяснение, которое нельзя легко проверить прямо сейчас.