Книга Когда ты не в своём теле, страница 44 – Елена Казанцева

— Как ты смеешь обзывать моего сына примаком! – раздался визг, Алисе в тот момент показалось, что визжит сразу сотня поросят. На ультразвуке заложила уши, как при взлёте самолёта.

— А как я должна назвать мужика, который жив`т в моей квартире на деньги моей дочери и ещё и командует? Так что забирайте его пожитки и шуруйте домой, мамаша.

Эльвира Сигизмундовна перестала визжать и уставилась на Алису. На миг наступила такая тишина, что слышно было, как у соседей капала вода из крана.

— Ты…ты…ты его выгоняешь? – Сигизмундовна повернулась к Кате.

На какой-то миг Алисе стало трудно дышать, она со страхом посмотрела на дочь. Если та опять начнет мямлить и извиняться, то все работа Алисы пойдёт насмарку. Всё, что она пыталась до Кати донести, заставить посмотреть на ситуацию с другой стороны, всё это было бы зря. И ничего поправить было бы невозможно. Катя стояла бледная и смотрела круглыми глазами на Эльвиру Сигизмундовну и молчала.

— Ты, дрянь такая, сука подзаборная, моего сыночка выгнать решила! – взвизгнула Эльвира.

И тут Алиса поняла, что будущая свекровь допустила фатальную ошибку: нельзя было так жестоко обзывать девочку. Она видела, как Катя поменялась в лице, как стали шире её глаза, как распрямилась спина.

— Да, решила! – сказала, как припечатала Катя. – Я считаю, что нам с ним не по пути.

— Ах, ты сука! – взвизгнула Эльвира Сигизмундовна. – Я тебя…я тебе…да я тебя!!!

В тот момент Алиса резко распахнула дверь, схватила с вешалки пальто тётки и выкинула его на лестничную клетку.

— Пошла вон! Вон! Вон, я сказала! – заорала она на тётку.

— Моё пальто! – взревела тётка и выбежала за дверь, а Алиса эту дверь быстро захлопнула.

В прихожей повисла тишина. Алиса обернулась и посмотрела внимательно на Катю. Ситуация разрешилась, но Катя сдулась, словно шарик, который прокололи иголкой и выпустили воздух.

— Она будет мне мстить, а ты с папой испортила отношения, он за меня не заступится, – Катя тяжело вздохнула.

Алиса подошла и обняла Катю.

— Мам, ты же когда-то работала в нашем институте, пока папа тебя оттуда не выставил? Не могла бы за меня заступиться перед ректором? – попросила Катя.

— Во-первых, Катя, учись держать удар. Во-вторых, кто тебе сказал, что у обычного методиста есть какие-то рычаги для отчисления студента? В-третьих, Катя, перестань бояться, ты не уверена в себе, поэтому к тебе липнут такие засранцы как Никита. Им нужны такие девочки, они самоутверждаются за счёт них, потому что сами из себя ничего не представляют.

— Мам, ну он симпатичный, говорит, что за ним бегали другие, но он выбрал меня.

Алиса тяжело вздохнула, взяла Катю за руку и привела на кухню. Она поставила чайник, когда он закипел, заварила чай. Все действия её были неторопливы, она передвигалась по кухне медленно, обдумывая то, что сейчас должна сказать. Когда чай был разлит по чашкам, а они сели за стол, Алиса начала говорить: « Мы обе с тобой попали в абьюзивные отношения. Наши с тобой партнеры – это просто мужчины, которых вырастили любвеобильные мамаши. Они воспитали их монстрами, для которых важны только собственное удобство и выгода. Вспомни мою жизнь: вечные упреки свекрови, издевательства мужа, в конце всё пришло к побоям. Ты хочешь такую жизнь?»

— Мам, но Никита меня не бьёт? – возмутилась Катя.