Книга Выбор за тобой, страница 209 – Лина Мур

Моя рука с силой размахивается, и я ударяю Терло по щеке, отчего он оступается и летит спиной в ванную, хватаясь за шторку. Он рвёт её и падает с грохотом.

— Ублюдок, – шиплю я. Так, значит, я была обязанностью? Я была никем? О, чёрт возьми, это так противно.

— Арин? У вас всё хорошо? – В ванную комнату стучится мама, и я распахиваю дверь, зло смотря на неё.

— Я отменяю помолвку. Я не собираюсь сидеть с этим козлом за одним столом, – цежу я, направляясь в свою спальню.

— Терло, ты, что сделал?

— Я…я…ничего…

— Я не буду никогда носить твоего ребёнка! Я лучше сдохну! И я буду лечить людей, а не калечить их твоими финансовыми махинациями, понял? И обрадую тебя, Терло, я больше не обуза для тебя! – Кричу я, хлопая дверью в свою комнату.

Я в шоке от того, как всё повернулось. Я хочу уничтожить каждого здесь! Убить их! Разорвать! Я хочу домой…

Слышу, как родители Терло кричат на него, как мой отец обвиняет его в каких-то глупостях, и меня это подавляет сильнее. Я не могу так больше. Я не Арин, и никогда ей не была. Я другая. Свободная. Безумная. Обожающая ветер и природу. Я не примерная. Я злобная и мстительная. Я и есть зло, которого все боятся. Я самое злое существо в любом мире, потому что оно нуждается в любви, а её нет. Я изначально брошена всеми, и сейчас моё одиночество ощущается особенно сильно среди тех, кто никогда меня не замечал.

— Почему ты так со мной поступил? Рэйг… Рэйг, – задыхаюсь от слёз, лёжа в постели, и скучаю. Да, я всё помню. И боль от его обмана живёт во мне, но я люблю его именно за то, что мы так похожи. Нам нравится причинять друг другу боль, играть друг с другом, только я новичок, а он в высшей лиге и скоро вернётся сюда, чтобы отомстить людям, и мы снова встретимся, чтобы бороться против друг друга. Я не могу его воспринимать, как своего врага. Разумом я всё понимаю, но не могу, и всё. Моё, уже разбитое сердце, в котором осталось только зло, не верит. Оно прекрасно знает о том, что такое истинное зло, и чувствует фальшь. Почему? Почему же?

— Арин, доченька…

— Мам, прошу, оставь меня, – подскакиваю к двери и упираюсь плечом, чтобы она её не открыла.

— Я в порядке, прости меня, что ужин испортила. Развлекитесь с папой, а я лягу спать. С Рождеством.

«Я приказываю», – добавляю в голове.

— Хорошо, если понадобимся тебе, то мы будем в церкви, а потом на городском празднестве.

— Ага, – облегчённо вздыхаю и подбегаю к окну, наблюдая, как родители выходят из дома и направляются по дорожке влево. Мой взгляд снова застывает на замке, и сердце изнывает. И я не должна, не так ли? Не должна даже позволять себе мысли о том, как сейчас обстоят дела там? Почему Эйрин плакала, и что в данный момент происходит во мраке? Но я думаю. Постоянно думаю об этом, словно чего-то жду. У меня стойкое ощущение, что будет продолжение. И плохое. Очень плохое. Значит, они выйдут к людям уже скоро, и я должна что-то сделать, но пока мне ничего не хочется. Слова Терло доказали мне – моё место не здесь, но и там его нет. Я никогда не смогу называть отцом Домиция и позволить дотронуться до себя тому театральному придурку-жениху. Даже тот факт, что тринадцатое поселение абсолютно нормальное по меркам их мира, мне некомфортно там. Вся эта погода, солнце, люди, – не мои. И это тоже очень странно, как, в принципе, и всё сейчас. Я защищала невинных перед Рэйгом, я дралась с ним за их свободу, а вот за тринадцатое поселение не желаю. Мне плевать на них.