Книга Белка на метле, страница 3 – Анна Леденцовская

Чувствуя слабость от такого долгого сеанса магической связи с зеркалом, Матильда больше ничего спрашивать не рискнула. Отключила артефакт и, выдернув из-за шкафа Павлентия, потребовала что-нибудь придумать.

— Где? Где нам взять миловидную девственницу с уже готовыми умениями хозяйничать и спокойным характером? А? Думай быстрее, две недели осталось. Или тебе головенка нужна, только чтобы еду запихивать? — заистерила она, предчувствуя неминуемую катастрофу.

— А если этот Клыкастый не найдет себе ту самую, сам не захочет? Тогда мы не виноваты, — резонно заметил Павлентий, с грустью теребя оплешивевший хвост. — Пусть тогда винит того, кто ему все наболтал. Наше дело сторона.

Мысль была хорошая, но существовало одно но.

— Невест должно быть по числу женихов! Откажутся — их проблемы, это и правда нам не сильно повредит. А вот то, что у нас некомплект к выпуску, это очень, очень плохо!

— Я это... — Глазки белки воровато забегали, и Павлентий съежился в комок, предчувствуя грозу и размышляя, стоит ли делиться с хозяйкой своей бредовой идеей.

— Да не трону, говори уже, — посоветовала мрачная, как грозовая туча, Матильда, вставая с кровати и накидывая на тонкую батистовую сорочку с нежнейшим кружевом тяжелый кроваво-алый шелковый халат. — Есть кто на примете? Неужто подходящая девственница-сирота прошла мимо моего внимания?

В ее голосе прозвучала насмешка. Все подобные особы, которые хоть как-то могли пригодиться, были у нее на строгом учете. Мадам не только присматривала за возможными кандидатками на поступление в следующие годы, но и старалась уберечь их от лишнего мужского внимания во избежание порчи нужного ей товара.

— Ну-у-у... я про дворничиху нашу. Она все умеет, магии нет, сирота опять же по нашим меркам, и это самое... тоже при ней. — Павлентий, смутившись, зарылся в скомканное одеяло.

— Так вот кто тебя, толстозадого, кормит! Вот ведь... — Ректор подошла к окну и прищурилась, рассматривая новым взглядом крупную женскую фигуру в распахнутом тулупчике и со сбившейся на затылок нелепой шапкой. — И правда странно — в ее-то возрасте сохранить невинность. Хотя при ее внешности...

Будучи стройной, как пресловутая газель, мадам считала за правило, что все красивые девушки должны быть изящными, чтобы сразу становилось понятно: эта крошка не объест казну мужа, покупая мешками дорогущие сладости.

Ольга Белкина в ее понятие красоты не вписывалась совершенно. Крупная, с выдающимися формами, румяная, буквально пышущая жаром и энергией, дворничиха была, как говорят, на любителя. Почему в той жизни, до попадания на работу в академию, к ее тридцати трем годам любитель не нашелся, ведьма не знала, да и выяснять не сильно хотела. Так же как и думать, подойдет эта девка с метлой кому-нибудь из женихов или нет.

— Про возраст у нас в контракте что-нибудь есть? — поинтересовалась мадам у фамильяра, задумчиво смотря, как Белкина старательно обметает мраморные вензеля скульптурного украшения возле садовой скамьи.

— Нет ничего. Приписка мелкая есть, чтобы не старуха, то бишь родить могла. И все. Но у нас всегда молоденькие были, — поняв, что почти прощен, подобострастно закивал фамильяр, делясь бесчисленными сведениями, хранящимися в его памяти. Все, что когда-либо знала ведьма, неизменно им запоминалось и по просьбе хозяйки тут же выуживалось из головы.