Книга Белка на метле, страница 23 – Анна Леденцовская

— Ох ты бедовая. Матильда-то проведает и как пить дать орать будет! А она узнает.

— И что она сделает? Девчонки от одной пирушки не растолстеют, тем более с теми зельями, которыми она их пичкает. Да и других невест у нее нет. Поорет и отстанет. Нам для танцев силы нужны и хорошее настроение.

В итоге повар сдался. Ольге вручили большую плетеную корзину, полную вкусняшек, и она с вожделенной добычей вернулась к ждавшим ее девушкам.

В той половине особняка, где размещались обучаемые барышни, дворничиха никогда не бывала и сейчас, попав сюда, осматривалась с интересом.

— Ну чисто палата больничная или пионерлагерь, как в кино, — удивилась Белкина большой, совершенно неуютной комнате с двенадцатью узкими койками. — Ни салфеточек, ни картин. Казарма казармой.

— Мадам сказала, что тем слаще будет потом жить в роскоши, — объяснила ей теорию их воспитания от Матильды брюнетка-заводила.

Звали негласную лидершу Лорика Малетти, и она единственная была дочерью какого-то разорившегося мелкопоместного барончика. Мать ее умерла, а непутевый кутила папаша, проигравшийся вдрызг, повесился, решив таким кардинальным образом свои проблемы и наплевав на единственную дочь.

По итогу пирушку устроили на полу, на одеялах, как пикник. Все быстро перезнакомились и, рассказав про свои контракты с ведьмой, открыв рты, слушали повествование Белкиной про другой мир.

Скрывать, что она попаданка, Ольга не стала. Какая разница? Вернуться она не может, да и зачем? Разве что узнать бы, как там Виктор Петрович, но уже несколько лет прошло. По мужественному и доброму старику она иногда тосковала.

Вот так, в компании воспитанниц академии, во время беседы и обнаружил ее Павлентий, сбившийся с ног в поисках подруги.

— Олька! Ты нормальная? Что ты тут забыла и зачем этих кормишь? — Бельчонок жадным взглядом обвел глазами разложенные лакомства.

— Это же фамильяр ректора, — испуганно зашептались девчонки, пойманные на горячем. Есть что-либо, кроме разработанного мадам Пшиляковской меню, им строго запрещалось.

— Прежде всего он мой друг. Правда, Павлуша? Ты же нас не выдашь? — улыбнулась Ольга пушистику.

— Ну-у-у... — Рыжий обжора принюхался, шевеля ушками.

— Лапочка какой. Хорошенький, — рассматривая так близко упитанного бельчонка, загомонили девушки. — Может, он вкусненького хочет? Можно его покормить? А погладить?

Девичьи руки потянулись к зверьку, и ошалевший от такого внимания Павлентий разомлел от ласковых почесываний и поглаживаний, едва успевая жевать лакомства, запихиваемые в его рот.

Впервые за свое существование фамильяр оказался на верху блаженства и решил про себя, что даже ожидаемая неизбежная трепка от разозлившейся ведьмы этого стоит.

О своеобразном бунте и нарушении дисциплины во вверенном ей учебном заведении Матильда узнала утром от ехидной Миль-Тиль. Прапрабабка в зеркале вовсю веселилась, делясь новостями и радуясь негодованию ведьмы.

— Ах так!

Мадам не знала, что придумать в наказание. К испытаниям мерзкие девчонки должны выглядеть идеально, так что ни запереть в подвале, ни посадить на хлеб и воду, ни высечь всех паршивок она не могла.

— Миль-Тиль, — перестав ругаться и метаться по своей спальне, решила она спросить совета у зеркала, — что назначить им в наказание?