Книга Племянница из провинции, страница 48 – Дина Зарубина

Тобахон робко дернула Бума за рукав. Показала, как пальцами расчесывает волосы. Бум хлопнул себя по лбу. Точно! У девочки ведь нет ни расчески, ни зеркала!

— Принцесса уезжать, ты выходить, – объяснил он девушке. Та кивнула, глядя на мужчин уже без страха, с проснувшимся любопытством.

Через полчаса ей принесли зеркало на ручке, в серебряной чеканной оправе, и целую шкатулку со шпильками, лентами, заколками. Нашелся и частый гребень, и с широкими зубцами, и длинные узкие, с украшениями наверху. Такие закалывают в высокую прическу, она знает, ее учили. Тобахон разбирала богатство и попискивала от счастья.

* * *

Я разложила на столе шесть писем. Все они были адресованы женщинам, проживающим в столице.

— Что там? – Нетерпеливо спросила донна Роза. – Неразборчиво написано?

— Сама не пойму. Они одинаковые. Хотя отправители везде разные. Но вот клянусь, их один человек писал!

— Все конверты из одной партии. Не самые дорогие, но качественные, далер за дюжину, – сходу определила донна Роза. – Один, говоришь?

— И он врет, врет им всем! Они такие… скользкие! Будто ты осклизлую гадость за хвост ловишь, а она уворачивается. – Я не знала, как объяснить свои ощущения. Мне казалось, от них даже пованивало тухлятиной.

— Хм… говоришь, мужик врет всем бабам? – Нахмурилась донна Роза. – Перепиши-ка ты адреса и фамилии. И отправителей. Есть у меня мысль.

— Какая?

— Мала еще! – Важно надулась донна Роза.

— Ну, донна Роза!

— Брачный аферист. Знакомится, втирается в доверие, письма пишет, букеты дарит, как порядочный. В гости ходит. А потом обещает жениться и денег занимает.

— И дают? – ахнула я.

— Еще как! Бывает, и помногу. Есть ведь вдовы обеспеченные, от мужей поместья, фабрики остались, фермы, мастерские. Управлять самой тяжело, особенно, если всем муж занимался, а она только деньги тратила. Вот и присасываются. Это ведь профессия тонкая, хорошим психологом надо быть, знать, что сказать, к каждой бабе свой подход найти.

— Менталист! – Вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

— Запросто! – согласилась донна Роза. – Может, и не дипломированный, но эмпат точно. К такому делу чутье и способности надо иметь.

Я посмотрела на разложенные рядком письма.

— И что же, мы так всех и оставим?

— А что мы сделаем? Письма слать не преступление.

— Но это же сколько обманутых женщин! Надо их предупредить!

— Дженни, они и сами рады верить проходимцу. Влюбленную бабу еще никому не удавалось переубедить, это что дракона пытаться оседлать.

Я надулась и рассовала письма по ячейкам.

Настала суббота, обещанное погодниками солнышко рассиялось вовсю, мы с донной Паолой вышли прогуляться. Заглянем в парк, зайдем на рынок. Решили сделать курник с кабачками. Он и горячий вкусный, и холодный замечательный. Готовится просто, у нас дома часто его делали. Измельченная тушеная куриная грудка, кабачок, лук и морковь заливается смесью молока и яиц на подложке из теста с бортиками. Чеснока туда, перца, розмарина и мускатного ореха, да еще сыра натереть, м-м-м, объедение!

Вчера я забежала в банк и сняла проценты со вклада. Почти пятнадцать далеров получилось. На плащ и ботики не хватит, но на одни ботики вполне. Плащ у меня монастырский остался, а донна Паола обещала спустить с чердака сундук с тряпьем, из двух старых плащей можно сделать подкладку для моего, перелицевать, еще и вышивку сделать, тесьмой обшить. Руки вставлены нужным концом, будет лучше прежнего.