Книга Племянница из провинции, страница 24 – Дина Зарубина

— Ой, да когда такое было-то? Один раз и то случайно! Нет, они в предгорьях нынче расплодились. Разведчики видели два клубка. Матерые с молодняком, навскидку хвостов по десять.

— Опять? – застонал Даэнир. Ну, и какая ему жена? Он дурак, а она умница.

А если он будет сидеть в крепости, а она в Опусе, так никакой разниц нет, что Опуса, что столица. У сослуживцев жены живут в городке, и вроде не выглядят несчастными. У Лучано, у Алессио, у полковника, у разведчиков. Только жена коменданта живет в крепости и командует кухней.

Даэнир тяжело вздохнул. Жена с ним даже поговорить не пожелала, отделалась запиской. Жениха у нее точно не было, но может быть, был возлюбленный? В этом возрасте девушки особенно влюбчивы. Какой-нибудь смазливый сосед мог похитить ее сердце.

Она в своего кузена могла быть влюблена! Как же он сразу не догадался? Вот и согласилась сразу же, благородно пожертвовав собой. А что кузен гад и сволочь, так и таких любят. Внешне он вполне приятный парень. Женское сердце непостижимо. Хороших людей считают скучными занудами, а хвастунов и бабников готовы на руках носить.

— Я все, – Бум сгреб хлебные крошки в широкую ладонь и закинул в рот. – Идем?

Во дворе крепости уже толпились охотники, четверо, со своим старшиной и пятеро травников. Мужчина в возрасте, двое парнишек, и женщина с девочкой-ученицей лет десяти. Все с мешками и корзинами.

Даэнир поморщился. Не надо бы малолеток в лес брать. Видно, нужда прижала, по доброй воле туда никто не пойдет. Ладно. Десять человек, справится.

— Так, порядок знаете? На тропе впереди старшина, двое охотников, потом травники, потом я, замыкают двое охотников. От меня идти поблизости, не разбредаться, держаться в пределах видимости. Не орать, не визжать, кому надо в кусты, только с охотником. Плевать, что вам там неудобно или стыдно, они и не такое видали. На поляне для сбора делитесь парами травник-охотник.

— Не беспокойтесь, ваша мрачность, помним, – прогудел старшина и погладил бороду.

Ну да. Какое из меня сиятельство или светлость? С чьей-то легкой руки пошло гулять прозвище. А многие искренне считали, что это мой титул. Все логично. Светлым – светлые, темным – темные. Ваше темнейшество, ваша мрачность, ваша безрадостность… Нашлись остряки, над принцем шутить.

Ничего не поделаешь, прозвище ушло в народ.

— Давай, Бум, – махнул я рукой.

Патрик надул щеки, выпучил глаза и слегка присел. Парнишка хрюкнул от смеха, но тут же получил подзатыльник.

Воздух зазвенел, уплотнился, в паре метров дрожание эфира превратилось в свечение, раздался звук, будто кто-то прочертил ножом по стеклу. Не все его слышали, но все передернулись. Возник овал с синеватыми краями, за ним марево листвы, и душный парной запах Чародейного леса. Прохлада и цветочные ароматы? Хвоя, полынь, можжевельник? Это вы тут не бывали!

Душное тошнотворное дуновение разлагающейся тухлятины заполнило двор. Травница и ученица тут же нацепили ватные маски, ожидая сигнала. Тот же шустрый подросток было сунулся в щель, но моментально получил еще один подзатыльник, уже от старшины охотников. Не лезь поперек батьки! Главный охотник охлопал снаряжение, вынул клинок из ножен.

— Готов!

— Пошел! – скомандовал я, запуская вслед тройке охотников «Купол надежды».