Книга Племянница из провинции, страница 170 – Дина Зарубина

— Даэнир был с вами… груб?

Я подавилась тарталеткой с картофельным салатом.

— Да что все смотрят на меня, как на восставшую из мертвых? Целитель с утра прискакал с выпученными глазами, теперь ты начинаешь. Что такое?

— Так ведь его высочество черный маг. Выдержать его страсть просто невозможно, – прошептала Тереза, пугливо обернувшсь на дверь спальни. – Говорят, фаворитки отлеживаются по несколько дней после…

Я вторично подавилась.

— И много у моего мужа фавориток?

Тереза охнула и шлепнула себя по губам.

— Простите дуру! Ляпнула, не подумавши!

— Тереза, при мне будь всегда честной и откровенной. Я ненавижу недомолвки и вранье. – Настроение, и без того колебавшееся между «средне» и «все плохо», скакнуло в «хуже просто некуда».

— Так я приглашу фрейлин?

Я закатила глаза. Ничего, про фавориток выспрошу позже. Тереза просто попыталась меня отвлечь от малоприятной темы.

— Без этого никак?

— И никак, и никуда. – Тереза развела руками. – Вам теперь без сопровождения вообще никуда нельзя. Минимум четыре девушки. Минимум, – подчеркнула Тереза. – Вообще-то их нужно не меньше двенадцати. Статус не позволяет.

Пушистые пауки! Да какой у меня вдруг взялся «статус»? Временной игрушки, потому что его высочеству захотелсоь вдруг позабавиться? Фиктивной жены? Внутри стало жарко. Ну, не такой уж фиктивной.

В общем-то, пожаловаться я не могла. Просто непривычно. Ну, так и реторты мыть я не сразу научилась, и лабораторной центрифугой пользоваться. Все норовила на один край пробирки поставить, а надо размещать их равновесно, напротив друг друга четное количество.

Наверное, и к интимной жизни надо привыкать и учиться. Раз множеству людей это занятие нравится. Делать им нечего.

— Вы не хотите надеть украшения? – деликатно спросила Тереза.

Я оглядела свое платье. Ну, нормальное платье. Красивое.

Ткань безумно дорогая, темно-шоколадные мелкие узоры по песочному фону, белый рюш по вырезу и рукавам. Не представляю, что сюда можно навесить. Тут одна ткань не меньше пятидесяти далеров за локоть стоит.

— А, сойдет и так. Где они сидят? В будуаре? – Я положила салфетку и встала.

Даэнир прислонился виском к портьере, закрывающей вход в столовую. Закрыл глаза.

Проснулся в отличном настроении и не нашел жену в кровати. Побежал спросить, не навредил ли он ей. Заглянуть ей в глаза, увидеть смущенную улыбку. Хорошо, что задержался. Когда он услышал, что она не хочет детей, у него внутри будто кусок льда образовался.

Теперь еще и это. «Любимый человек». И это не он. Насильно мил не будешь. Нет такой магии. Не будет у него ни нормальной семьи, ни детей. Настолько поглощенная всякими делами девушка не захочет вить гнездо и крутиться возле мужа. Как она сказала: «Я обязана открыть научный центр!».

Не всем везет в брачной лотерее. Даже если людей кинули друг другу в объятия пылкие чувства. Любая страсть угасает. Взамен ей приходит понимание, уважение, доверие. Или не приходит.

Лоло сказочно повезло. А он… нелюбимый и ненужный муж. Она прекрасно жила без него и отлично проживет и дальше. Внутри все дрожало от досады, как у маленького мальчика, который ждал на день рождения настоящую саблю, а получил коробку красок и альбом дл рисования.

Он был ласков, сдержан, как никогда, ей было хорошо с ним. В этом нет никаких сомнений. Она так дрожала под ним! Стонала, облизывала розовые губки. И он взлетел вслед за ней в небеса, рассыпавшись яркими искрами. И ей это не нужно. От него – не нужно. Она просто исполнила свой долг. Как работу. Если работа оказалась приятной, тем лучше.