Книга Сделай мне красиво!, страница 128 – Дина Зарубина

Осталось только спеть тетке колыбельную, чтоб спала покрепче. Остаток пути до Аперны я провела на палубе, покусывая пальцы от волнения. Едва на причал сбросили сходни, слетела на берег. Никто меня не задерживал. На корабль поднимали тюки, мешки, коробки, с корабля выгоняли стадо блеющих овец, сновали грузчики и матросы, вездесущая ребятня крутилась под ногами. Узнать, где стоянка дилижансов, было проще простого.

Но дилижанс на столицу ушел два часа назад, а следующий пойдет завтра в полдень. Я проверила поясной кошелек: на ночлег и скромный ужин должно хватить. Прошлась по Аперне, приискивая трактир или постоялый двор.

Приземистые каменные дома с низкими крышами, кривые переулки, заборы из штакетника, пыль, тощие рыжие куры и пятнистые свиньи, бродящие по улице. Вездесущий запах рыбы щекотал ноздри. Пивная, дом старосты, сельская площадь с позорным столбом, колодец с навесом и кучкой кумушек, лавка рыбная, лавка керосинная, коптильня, пекарня, облупленная часовня. Все, как у людей. Даже школа имеется – облезлое строение в три окна на холме. Я шла, оглядываясь, и не заметила выходящую из калитки девушку с корзиной апельсинов. Та закрывала калитку и меня тоже не заметила.

— Ой! – Воскликнули мы одновременно, столкнувшись.

Я тут же отступила на шаг, но извинения застряли в горле.

Лицо девушки было таким знакомым, что я растерялась. Это лицо я в зеркале видела каждый день. Рыжие волосы, зеленые глаза. Только чуть-чуть постарше и поплотнее фигурой.

— Мать твою! – выразила наше общее мнение рыжуля, половчее прихватывая корзину. – Ты кто?

— Лотта Энгель. А ты кто?

Девушка ахнула, корзина упала наземь. Раскатились апельсины в пыль.

— Лотта?! Да как же это?! – она всплеснула руками. Вцепилась в мой рукав и потащила во двор, к крылечку приземистого дома с резными наличниками.

— Да пусти же, окаянная! Что тебе от меня надо? – попыталась вырвать свой рукав, но в девицу словно демон вселился, тянула она, как мужик мешок с крадеными овощами с общинного поля.

В дом она меня втолкнула чуть ли не пинком. А там с рыданиями вдруг стиснула так, что в груди заскрипело.

— Лотта, сестричка! Родненькая! Нашлась! – вскрикивала она, тиская меня.

— Звездец! – Не выдержала я, желая только одного: свалить подальше из дома сумасшедшей. Мало ли, кто на кого похож! Это не повод отрывать мне рукав!

Народу в чистой горнице прибавилось: вышла, стуча клюкой, тощая сгорбленная старуха в черном платье. За ее фартук держался мальчик лет –двух-трех, застенчиво глядя большими карими глазами.

— Бабуля! Лотта! Лотта нашлась! – рыжая повернула к старухе залитое слезами лицо.

Бабка охнула и схватилась за сердце, опускаясь на лавку.

— Нашлась, да, – согласилась я, выпутываясь из объятий. С больными не спорят. – И не возражаю снова потеряться. Простите, спешу!

— Лотта, дитятко! – Заголосила старуха. За компанию заголосил испуганный ребенок.

Уйти мне не дали, возможности сопротивления лишили. Рыжая подхватила малыша, очень ловко подтолкнула меня к скамейке, с другой стороны плюхнулась бабка, а передо мной оказался тяжелый стол.

— Простите дамы, спешу, – сделала попытку вырваться.

— Лотта, девочка, это же твоя сестрица Руми! – отерла слезы бабка. – А я твоя родная бабушка Миранда!

— Твой племянник Пальмерик! – повернула ко мне детскую мордочку Руми.