Книга Попаданка. Не твоя истинная, страница 46 – Анжелика Янчевская

Плащ упал к моим босым ногам. От него исходил обжигающий жар чужого тела.

— Жди. Слова превратились в низкое, угрожающее рычание. — Я вернусь за тобой.

Рейгар круто развернулся на каблуках. Он зашагал по коридору прочь. У самого выхода на лестницу его шаги на секунду остановились.

— Принесите ей горячую еду. Приказ лорда ударил в спины замершим на лестнице стражникам. — Живо!

Послышался торопливый топот. Стражники бросились выполнять приказ.

Я осталась одна. Ноги подкосились. Я рухнула на колени прямо на каменный пол и подтянула к себе плащ Рейгара.

Тяжелая шерсть и густой мех обдали лицо спасительным теплом. Я закуталась в него с головой. Запах озона, хвои и мужской кожи заполнил легкие. Меня трясло крупной дрожью, но тепло чужого плаща начало медленно возвращать чувствительность немеющим пальцам.

Стражник подошел тихо. Он молча просунул под нижний прут решетки железную миску с горячей кашей и кусок хлеба, а затем исчез. Я съела всё до последней крошки, обжигая язык.

Накопившееся истощение взяло верх. Глаза закрылись сами собой. Я провалилась в тяжелое, липкое забытье прямо на каменном полу.

Сон оборвался от резкого скрежета железа.

Я открыла глаза. Факел в коридоре почти догорел. За решеткой стоял высокий мужской силуэт.

Сердце забилось быстрее. Вернулся. Рейгар сдержал слово.

Я подалась вперед, кутаясь в плащ.

— Не думала, что когда-нибудь это скажу. Мой голос хрипел после сна. — Я ненавижу тебя всем нутром. Но я рада, что ты пришел.

Силуэт в коридоре дрогнул. Мужчина сделал медленный шаг к решетке. Желтые отблески огня упали на фигуру за прутьями. Свет выхватил из темноты безупречный светлый камзол, расшитый золотом. В этом сыром, грязном подземелье светлая ткань резала глаз.

— Серьезно? Вкрадчивый, бархатный голос резанул по нервам. — Ты правда рада меня видеть?

Дыхание застряло в горле. Это был не Рейгар.

Кэрриан подошел вплотную к ржавому железу. Его черные зрачки пульсировали в полумраке. Он не мигая смотрел на то, как я судорожно стягиваю края темного мехового плаща на груди.

Его губы растянулись в понимающей, хищной усмешке. Он коротко кивнул на темный мех в моих руках.

— А, понимаю. Кэрриан тихо рассмеялся. Звук отразился от стен сухим, ледяным эхом. — Это ты не мне. Мой братец всегда был сентиментальным идиотом. Но этот кусок шерсти не спасет тебя от того, что случится утром.

Я плотнее стянула края плаща. Сердце забилось где-то в самом горле.

Его пальцы скользнули по ржавому металлу.

— Сразу после рассвета за тобой придут маги инквизиции. Они проведут ритуал подавления. Твою магию запрут в клетку. Ты больше не сможешь выпустить свой золотой свет.

Его ноздри раздулись. Он шумно втянул воздух.

— А потом тебя приведут в мои покои.

Кэрриан резко просунул руку сквозь прутья.

Я отшатнулась назад, больно ударившись лопатками о стену.

Он усмехнулся, обнажив кончики клыков.

— Я не стану укладывать тебя на шелковые простыни. Ты будешь спать на холодном полу у моей кровати.

Его голос понизился до глухого шепота.

— Я буду брать тебя грубо, грязно, до тех пор, пока твое тело не забудет о гордости. Ты будешь умолять меня остановиться. Будешь плакать и скулить. А когда боль станет невыносимой, ты сама начнешь раздвигать ноги, чтобы заслужить глоток воды.