Книга Жена на удачу, или Договор расторжению не подлежит!, страница 95 – Елена Счастная

Он вёл Атику по залу с мастерством и азартом, их руки то смыкались, то расходились, Атика буквально парила в его руках, её голубое платье развевалось, как крылья бабочки, а на лице сияла улыбка.

На какое-то время я даже потеряла их из вида. И вдруг подруга неожиданно вынырнула из скопища гостей прямо сбоку от меня. Её щёки пылали, глаза сияли влажным блеском счастья.

— Кей! – выдохнула она, едва переводя дух, а затем воровато обернулась. Её пальцы сжали мою руку с силой всех переполнявших её чувств. – Ты не представляешь! Этот безумец! Он сделал мне предложение!

Я мгновение осознавала её слова и даже успела представить эту своеобразную парочку в храме на церемонии – образ показался мне невероятно милым. Я потянулась к подруге, и мы торопливо, радостно обнялись.

— Я поздравляю вас! Это просто чудесно! Вообще я удивлена, что он не сделал это раньше.

— Ну, ты знаешь… Он только с виду такой грозный, а сам… – махнула рукой Атика. – Я признание в любви получила от него только на корабле, когда мы плыли с последней проверкой на Пепел.

Фалаэль сейчас маячил между гостями и тоже делился новостью с близкими знакомыми, судя по тому, как быстро расцветали их лица, а глаза начинали шарить по залу в поисках невесты приятеля.

— Не суди его строго, – усмехнулась я. – Даже хорошо, что он не разбрасывается такими словами легко. Иногда лучше подождать.

— Тут ты права, – серьёзно кивнула подруга. – Пойдём расскажем отцу. Фалаэль настоял, чтобы мы сразу ему об этом сообщили. Не хочется ничего скрывать!

И она упорхнула, мгновенно затерявшись в глубине зала.

А в тот момент, когда я провожала её взглядом, знакомая ладонь мягко легла на мою талию.

— Моя очередь, я тоже хочу потанцевать, – тихо шепнул Мирэй мне на ухо, затем слегка отстранился, и в его глазах вспыхнули отсветы праздничных огней. – Я не могу позволить, чтобы ты весь вечер лишь выслушивала новости и скучала. Нужно и отвлечься.

Он протянул мне руку, и я приняла ее. Музыка вновь перетекла в нечто медленное, мелодичное, струнное. Мы закружились, плотно прильнув друг к другу, и зал превратился в калейдоскоп сияющих лиц, сверкающих одежд и волшебного света. Я чувствовала каждое движение тела Мирэя, ведущего меня по кругу с привычной, твёрдой нежностью.

Вдоволь насладившись созерцанием умиротворённого лица моего мужа, я прижалась к нему ещё теснее, позволив музыке и его объятиям укачивать меня.

— Помнишь, я говорила тебе, что чувствую себя так, будто внутри меня зажгли звезду? – начала, слегка щурясь от бликов света, играющих в хрустальных подвесках его одеяния. – Я думала, это новая магия разрастается, меняется во мне… Я даже к лекарю ходила, боялась, что со мной что-то не так.

Он напрягся, и его пальцы крепче сжали мои.

— И что же он сказал? – в его голосе прозвучала тревога.

Ведь мы сами ещё не до конца изучили тот вид магии, что порождали вместе наши с ним силы. Каждый день мы – да и все наблюдатели-маги – ждали каких-то неприятных побочных эффектов, но их пока не находилось.

Переведя дух, я вновь подняла на Мирэя взгляд, позволив ему рассмотреть в них счастье, которое в этот миг переполняло меня до краев.

— Он сказал, что со мной все более чем хорошо. И что я жду от тебя ребёнка!

Я сделала паузу, давая ему понять. Его светлые брови сначала медленно поползли вверх, затем сошлись к переносице – и снова взлетели. Наблюдая эти забавные изменения на его лице, я не смогла сдержать улыбку. А затем Мирэй замер – прямо посреди танца, и в его глазах будто бы случился переворот всего мира. Наше дыхание остановилось, как и гости вокруг будто бы застыли в смоле, а затем по лицу мужа разлилась волна облегчения, благодарности и такой всепоглощающей радости, что у меня навернулись слёзы.

Наверное, из-за беременности я становлюсь такой сентиментальной…

— Кей… – моё имя сорвалось с его губ почти беззвучным шёпотом. Его ладонь скользнула с моей талии на живот – тёплая, сильная и бесконечно нежная. – Правда? Ты уверена?

— Конечно, я уверена! – выдохнула я, смеясь. – Такими вещами не шутят, мой дорогой Верховный. Ты станешь отцом!

Он не сказал больше ни слова, просто привлёк меня к себе и прижал так крепко, как будто хотел заключить в объятия сразу две жизни. А потом его губы коснулись моих. Этот поцелуй был словно клятва – ещё одна, самая крепкая, неразрушимая. Затем Мирэй прижал мою голову к своему плечу, и мы снова медленно закружились вместе, не замечая никого вокруг.

— Вот теперь я доволен своим назначением, – прошептал он, и его голос был твёрд и ясен. – Отец… Это звучит гораздо лучше Верховного, правда?

Я лишь усмехнулась. Кто бы мог подумать, что для холодного, расчётливого Паладина это окажется так важно.

Да я и о себе такого никогда не подумала бы, расскажи мне кто раньше. А теперь – не могу оторваться от своего светлого, ношу его метку, как украшение, а его ребёнка – как самую великую награду, которую могла получить в жизни.

Это начало чего-то нового, новой эры магии, которая спасёт не только нас, но и всё Расколотое королевство. Сейчас у меня не было причин в этом сомневаться.