Книга Ветеринар-попаданка. Приговор драконьего принца, страница 46 – Лилия Тимолаева

На этот раз Эрвейн рассмеялся.

Не коротко, как раньше.

Нормально.

Громко.

Смотритель Сейра уставился на принца.

Маэна тоже повернулась.

Даже Сейр поднял голову.

Я вдруг поняла, что ни разу прежде не слышала этот смех.

Без осторожности.

Без двора.

Без проверки, можно ли будущему королю позволить себе лишнюю эмоцию.

Эрвейн заметил, что все смотрят.

— Продолжайте, — сказал он.

Смех исчез, но улыбка осталась.

— Вот видите, — сказала я. — Первый успех.

— Сейр поел травы.

— Я не о нем.

Он покосился на меня.

Я сделала вид, что очень занята воротами.

Тарса устроила нам второй успех через час.

Или провал.

Зависело от отношения к дорогим украшениям.

Совет успел прислать людей, которые начали оформлять двор, несмотря на мои возражения. По углам поставили высокие стойки с тяжелыми серебряными символами короны.

— Уберите, — сказала я.

Старший распорядитель возмутился:

— Это знаки дома Корд.

— Прекрасно. Пусть дом Корд хранит их внутри.

— Они стоят здесь при каждой государственной церемонии.

— А рогатая ферра присутствует при каждой?

Он посмотрел на Тарсу.

Она находилась по другую сторону решетки и следила за серебряными подвесками.

Очень внимательно.

— Животное не должно приближаться к зрителям.

— Оно не к зрителям хочет.

— А куда?

Тарса ответила сама.

Когда дверь открыли, она не пошла к середине площадки.

Не посмотрела на Эрвейна.

Не заинтересовалась мной.

Она увидела серебряную подвеску.

И направилась прямо к ней.

— Уберите стойку, — сказала я.

Распорядитель кинулся вперед.

Именно этого делать не стоило.

Тарса ускорилась.

Мужчина схватился за древко.

Ферра решила, что игра стала интереснее.

Она ударила лапой.

Стойка покачнулась.

— Отойдите! — крикнула я.

— Она сломает…

Поздно.

Тарса толкнула основание плечом.

Высокий серебряный знак короны величественно накренился и с грохотом рухнул на камни.

Тарса отскочила.

Посмотрела на результат.

Подошла.

Понюхала.

Потом села рядом с перевернутой короной.

Я закрыла рот ладонью.

Не потому, что испугалась.

Потому что рядом Эрвейн издал странный звук.

Я повернулась.

Он смеялся.

Снова.

Теперь уже Маэна не выдержала.

— Если это увидит совет, церемония может закончиться раньше начала.

— Поэтому уберите остальные, — сказала я распорядителю.

Тот был багровым.

— Это оскорбление короны!

Эрвейн наконец успокоился.

— Нет.

Мужчина повернулся к нему.

— Ваше Высочество?

Принц посмотрел на Тарсу, которая уже утратила интерес к поверженному символу и начала умываться.

— Это хороший аргумент госпожи Восс против украшений.

— Но…

— Уберите все стойки.

— Даже центральную?

— Особенно центральную.

Распорядитель ушел, словно мы только что лично разрушили монархию.

Я подошла к Эрвейну.

— Вы понимаете, что теперь во дворце будут рассказывать, как вы смеялись, пока ферра свергала корону?

— Тайрена.

— Молчу.

— Нет, продолжайте. Хочу знать, насколько все плохо.

— К вечеру появится версия, что Тарса предсказала падение династии.

— А к утру?

— Что она сама претендует на престол.

Эрвейн потер лицо ладонью.

— Я не уверен, что она справится хуже некоторых членов совета.

— Только не говорите это вслух.

— Уже сказал.

Мы посмотрели друг на друга.

И снова рассмеялись.

Вокруг ходили смотрители.

Слуги уносили серебряные стойки.

Тарса лежала на боку и лениво двигала хвостом.