Книга Там, где изба на курьих ножках..., страница 93 – Ария Блэт

— Что ж…

Мара говорила мелодично, а ее голос растекался подобно горному ручью. В темноте закрытых ведьминых глаз стали всплывать образы, которые образовывали картины из ее сказаний.

— Века сменяют друг друга, время неустанно течет. Даже для бессмертных богов есть свой конец.

Ягда не заметила, как уснула. Наверное, Мара рассказала еще историю, а может быть, и не одну. Должно быть, Ратибор и Мирослава задали еще не один десяток вопросов, но сквозь сон о богах она этого уже не услышала. И мирно посапывала, пока над ухом не раздался родной голос.

— Ягда, прости, но мне пора.

Ведьмочка почувствовала поцелуй в макушку и осознала: это конец. Больше она не чувствовала Мару. Ее рук, что гладили волосы, ее коленей, на которых она лежала, ее запаха и ее магии. Не осталось ничего. Будто ее никогда и не было. Она распахнула глаза и завопила.

— Ты чего разоралась, поганка? — сонно спросил Ратибор.

Он очнулся у озера, как и навка вместе с ведьмой. Никто не перенес их на привычные ночлежки.

— Мары нет, — тихо произнесла Ягда, словно боялась говорить подобное вслух. Да и верить в свои же слова ей не хотелось. Этого же не может быть. Так ведь?

— Чего?

— Ее нет. Я не чувствую. Ее нет. Ее нет…

— Не могла же она исчезнуть. Жди тут, я мигом весь лес обыщу, — решил действовать волкодак. Чуть ли не впервые Ягда ощутила от него поддержку. Они не ссорились, а решили действовать сообща.

— Я тоже, — спохватилась Мирослава, у которой уже слезы на глаза навернулись.

— Я… Я тоже, — едва проговорила сквозь рыдания ведьма.

— Встретимся тут, когда солнце будет надо озером, — заключил Ратибор.

В тот день они ее не нашли. Как и в следующий, как и через неделю, как и через месяц, как и через год. Сколько бы и где бы они ни искали, ее нигде не было. Словно Мары никогда и не существовало.

Ягда распахнула глаза.

Ягда распахнула глаза.

— Они ушли!

Скелетообразный что-то готовил у печки, да напевал веселую мелодию себе под нос. По комнатке разносился приятный аромат свежей выпечки да чего-то пряного, но девушку это мало волновало.

— Так все еще вечером разбрелись…

Ведьма его не слушала. Она в секунду вскочила и к двери кинулась да выглядела настолько бешеной, что Сэви аж отшатнулся.

— Ведьмочка, что случилось?

Вопрос прозвучал в пустоту.

Девушка уже бежала по лесу и не чувствовала в нем друзей. Куда она бежала? Зачем? Ей и самой было не ведомо, но магия откликалась на ее зов и покуда она рвалась вперед, ветер сопровождал ее, разнося голос по всей округе. Ведьма слилась с порывами, проникая в каждый уголок, каждую норку и осматривая каждую веточку. Но их нигде не было. Как и Мары тогда.

— Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава! Ратибор! Мирослава!….

Она кричала что есть мочи, пока голос совсем не охрип. Даже сойдя на шепот, она продолжала повторять их имена.

— Ты чего буянишь? Что стряслось? — где-то свысока раздался голос Добрана.

— Добран… — прохрипела Ягда. — Их нет. Нигде нет.

— Мирославы и Ратибора? — нахмурился сирин.