Книга Мой муж меня не заказывал, страница 89 – Лизирин

Вот это уже было слишком.

Я не знала, кто из них первый перешёл грань, но точно знала одно: если сейчас не вмешаться, следующий шаг будет не просто неловким — он станет событием, которое к утру перескажут во всех возможных вариациях.

— Господа, — сказала я мягко, но достаточно твёрдо, чтобы оба посмотрели на меня, — если вы намерены продолжать измерять друг друга придворной вежливостью, то хотя бы не делайте это так, будто я здесь ваза, за которую можно вежливо спорить.

И, к моему удивлению, оба действительно замолчали.

Эйден — первым. Он чуть склонил голову.

— Вы правы, миледи.

Дион — секунду позже. Но эта секунда была очень говорящей. Потому что он, кажется, не привык, что я останавливаю не только его, но и ситуацию целиком.

Я выдохнула. И почувствовала, как устала от этого вечера сильнее, чем хотела признавать. Эйден сделал шаг назад.

— Я не буду настаивать, — сказал он, и в этой фразе не было поражения. Скорее обещание, от которого мне почему-то стало ещё неуютнее. — Но я хотел бы, чтобы вы знали: я не считаю это случайностью.

Он смотрел только на меня. И в этом взгляде не было ни малейшей светской пустоты. Только тревожная уверенность.

Потом он ушёл. Просто развернулся и отошёл, оставив после себя ощущение, будто из пространства выдернули одну из опор, и теперь оно ещё какое-то время будет шататься по инерции.

Я стояла неподвижно. Слишком неподвижно. Потому что Дион рядом молчал. А это всегда хуже слов.

— Мы уходим, — сказал он наконец.

Я медленно повернула голову.

— Мы?

— Да.

— А если я ещё не закончила вечер?

Он посмотрел на меня так, что мне вдруг очень ясно стало видно: вечер для него закончился не сейчас. Он закончился в ту секунду, когда Эйден вернулся с этим своим «при более подходящих обстоятельствах», и всё, что было после, стало уже не светским мероприятием, а затянувшейся пыткой.

— Я закончил, — ответил он.

Я чуть приподняла брови.

— Какой удобный взгляд на совместные выходы в свет.

— Не испытывай моё терпение.

— Оно у тебя есть?

Он шагнул ближе. Слишком близко для очередной вежливой реплики.

— Изель.

Вот это уже прозвучало так, что я поняла: всё. Больше здесь мы ничего не выиграем. Ни одну остроумную реплику. Ни один дополнительный взгляд. Ни одну попытку перевести всё в шутку.

Потому что если продолжать — он действительно сорвётся.

А я, как назло, уже почти хотела посмотреть, как именно это будет.

— Ладно, — сказала я тихо. — Уходим.

И, если честно, именно моя добровольная уступка в этот момент почему-то разозлила его ещё сильнее.

Путь к выходу прошёл в напряжённом молчании. Не уютном. Не неловком.

Том самом, где между двумя людьми уже накопилось столько слов, что любая попытка заговорить раньше нужного момента только сделает всё хуже. Его ладонь снова легла мне на талию, и теперь это движение было даже не собственническим — оно было почти жёстким в своей безоговорочности. Не настолько, чтобы кто-то со стороны назвал это грубостью. Но достаточно, чтобы я чувствовала: он держит меня не потому, что так красивее выглядит, а потому, что в противном случае готов, вероятно, развернуться и наговорить ещё больше того, что не должен.

У самой лестницы я всё же не удержалась.

— Ты сейчас похож на мужчину, который либо вызовет кронпринца на дуэль, либо запретит мне смотреть влево без письменного разрешения, — сказала я тихо.