Книга Мой муж меня не заказывал, страница 102 – Лизирин

— Я рад, что ты всё-таки решила не устраивать отдельное расследование без меня, — сказал он.

Я прошла внутрь и села напротив, не спрашивая разрешения.

— Не обольщайся. Просто я не люблю работать до завтрака.

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня так, будто на секунду забыл, что именно собирался сказать, и вспомнил только одно: со мной день лёгким не будет.

— Завтрак сейчас принесут, — произнёс он.

— Какое обслуживание. Я начинаю думать, что под угрозой убийства в этом доме есть и приятные стороны.

— Угрозу убийства ты, как я вижу, переносишь с удивительным комфортом.

— Это называется характер.

— Это называется отсутствие осторожности.

Уголок его рта дрогнул. Слабо. Но я это заметила. И решила, что запишу в личный список побед.

Дверь открылась, и вошёл Грегор. За ним — слуга с подносом. Всё было настолько слаженно, что мне на секунду захотелось спросить, не живут ли они тут все на скрытом механизме, который включается по воле Диона и выключается только к ночи.

— Идеально, — сказала я, принимая чашку, — теперь можно думать.

— Сомневаюсь, что тебе для этого обязательно нужен чай, — отозвался Дион.

— Нет. Но с чаем мои выводы обычно злее.

— Это обнадёживает.

Грегор встал чуть в стороне, как всегда изображая молчаливую архитектуру. Морр, разумеется, запрыгнул на подоконник с таким видом, будто это место было для него выделено ещё при строительстве дома.

Я положила на стол ту самую пуговицу.

Дион сразу перевёл на неё взгляд. Не на меня. На неё.

И я снова поймала это ощущение — спокойное, странно приятное: когда дело касается работы, он действительно умеет не тратить время на глупости.

— С самого начала, — сказал он.

Я кивнула. И начала.

Рассказала, где нашла её. Как именно она выглядела. Почему не показала раньше. Как увидела похожую на приёме. Где именно стоял тот человек. Какой у него был камзол, какой рост, какой тип движения. Не всё я могла описать идеально — лица запоминаются хуже, чем жесты, ауры, интонации и ощущение чужого присутствия, — но этого всё равно оказалось достаточно, чтобы Дион начал думать вслух.

— Не слуга, — сказал он, рассматривая пуговицу на свет. — И не случайный гость. Такие вещи заказывают у одного круга мастеров. Это не общая мода, это привычка определённой среды.

— Высшие офицеры, часть советников, люди при дворе, — напомнила я. — Нора подтвердила.

— Да, — кивнул он. — Но круг всё ещё слишком широк.

— Значит, будем сужать.

Он перевёл взгляд на меня.

— Не «будем». Буду.

Я сделала маленький глоток чая.

— Прелесть какая. Ты снова решил, что я здесь для декорации.

— Я решил, что тебе не стоит лезть туда, где ты не понимаешь расклад.

— Ошибка, — спокойно ответила я. — Я как раз начинаю его понимать. И, если уж на то пошло, это я заметила пуговицу, не ты.

Грегор едва заметно опустил взгляд. Я почти услышала, как внутри него происходит вежливое одобрение, которое он скорее умрёт, чем озвучит.

Дион тоже заметил. И его взгляд на секунду стал задумчивее.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Тогда включайся по-настоящему.

Я медленно поставила чашку на блюдце.

— А вот это уже звучит как уважение. Запишите дату.

— Не привыкай.

— Поздно.

Он пропустил это мимо и повернулся к Грегору.

— Список гостей с приёма.

Тот подошёл без лишних слов, положил на стол лист и отступил на шаг. Я потянулась к нему одновременно с Дионом, и, разумеется, наши пальцы соприкоснулись прямо над бумагой.