Книга Врачебная тайна 3, страница 85 – Дия Семина

— Это то самое место, ошибки нет. Стучать не будем, раз никого нет, то просто взрываем ворота. Там много важных документов, если вступим в переговоры — все досье могут уничтожить, — ещё раз пояснил Аракчеев, и Курагин лишь пожал плечами.

Двое опытных матросов заложили взрывчатку, и в назначенное время прогремел невероятной силы взрыв, потом на других катерах начали запускать в небо горящие петарды, чтобы окончательно дезориентировать охрану.

— Вперёд на штурм. Никого не убивать, там содержатся женщины, мы приехали их спасать! — крикнул напутствие граф и сам же чуть не впереди всех побежал к дымящемуся проходу в широкой стене форта.

Едкий запах дыма, крики испуганных охранников, и даже прогремевший случайный выстрел не остановили графа. Теперь внутри каменной ловушки испуганный след Насти читается совершенно отчётливо и ведёт не туда, где содержат несчастных, а к другой стороне. Ему пришлось пробежать по старой каменной мостовой, войти в дверь и в следующий же миг как следует врезать кулаком в челюсть довольно огромному мужику с кочергой, единственный дурень, решивший оказать сопротивление, за что сразу же и поплатился. От удара увалень не удержался на ногах и упал бы, но узкий проём не позволил. Граф схватил за грудки здоровяка и встряхнул, хорошо приложив об стену затылком, хороших людей здесь нет, а потому можно не жалеть:

— Где Анастасия Сергеевна, новенькая, сегодня привезли?

— Сто сорок первая? У начальника, он её того, первая ночь, таков закон, опоздал ты барин, — из вонючего рта посыпались мерзкие ругательства, но следующий удар в челюсть вырубил похабника из списка участников сопротивления.

Озверевший от злости Даниил пробежал по ледяному коридору, тускло освещённому двумя масляными светильниками, и, наконец, сам нашёл ту самую ужасную дверь.

— Настя! Настя! Открой! — опомнился и повторил уже иначе. — Именем Его Величества царя Александра, приказываю открыть немедля!

За дверью послышалась тихая возня, потом странный звук, словно что-то тяжёлое оттащили в сторону, и ещё какие-то пугающие звуки, открытие двери затянулось, кажется, на целую вечность. Наконец, дверь скрипнула и открылась…

— Я знала, знала, что ты придёшь за мной, родненький, милый мой.

В следующую секунду маленькая серая фигурка, подпрыгнув, повисла на его шее, прижалась, заставляя сердце биться теперь уже от осознания всего ужаса произошедших событий.

— Не могу без тебя, Настя, не могу. Прости, прости меня, не уберёг! Ты цела, они тебя обидели? Убью их всех медленно, — прохрипел и прижал её к себе так сильно, как только можно, чтобы не причинить ей боль и вред.

В кабинете послышалось громкое мычание, отдалённо напоминающее проклятье в адрес всех и вся.

— Мне пришлось его связать, пока ждала тебя, разобрала все документы, их не так много, но суды захлебнутся в количестве исков, я заставлю каждого подлеца, кто посмел отправить сюда свою несчастную жену — заплатить по всем счетам.

— Не сомневаюсь, Боже, ты цела. Прости, что так долго, прости, что отправил тебя во дворец, прости! Они не стоят ни единой твоей слезинки, я как дурак запутался между долгом и любовью к тебе…

Он осторожно опустил её на пол. Поправил её рассыпавшиеся по плечам волосы, бережно провёл рукой по её нежной, бархатистой щеке, смахнув слезинку, и улыбнулся.