Книга Опальная фаворитка, страница 58 – Людмила Вовченко

— Хотите завтра увидеть источник?

Люсен посмотрел на неё.

Адриен не отвёл глаз.

— Хочу.

— Тогда оставайтесь ночевать.

Тишина.

Люсен медленно поставил стакан.

Адриен поднял бровь.

Клэр поняла, как прозвучало.

И решила не исправлять.

— У нас холодно, — добавила она. — Крыша течёт. Постели старые. Еда хорошая.

Адриен улыбнулся.

Ямочки.

— Вы умеете приглашать мужчин.

— Я предупреждаю.

— Останемся.

Люсен повернулся.

— Мы?

— Ты тоже.

— Почему?

— Я не собираюсь один ночевать в доме женщины, которая знает, где у меня болит.

Клэр рассмеялась.

Ночью дождь превратился в ливень.

Бельфонтен шумел.

Вода била по крыше.

Ветер гулял в дымоходах.

Старые ставни дрожали.

Но в западном крыле было тепло.

Жанна поставила на ужин тушёного кролика.

Мясо томилось в белом вине с горчицей, луком и травами. Соус получился густым, сливочным, с лёгкой остротой.

Рядом — запечённая тыква.

Клэр не ожидала.

Жанна нарезала её крупными кусками, смазала маслом, посыпала солью и сушёным тимьяном. Края карамелизовались, середина стала мягкой, сладкой.

Ещё был хлеб.

Сыр.

Груши.

И маленькая миска орехов.

Ужинали в малой столовой.

Сегодня уже не на кухне — гости всё-таки.

Свечи горели в старом серебряном подсвечнике, который Люси оттёрла до блеска.

На столе лежала простая льняная скатерть.

За окнами бушевал дождь.

Внутри было удивительно уютно.

Матьё появился в дверях посреди второго блюда.

Клэр увидела его первой.

Мокрый.

Волосы прилипли ко лбу.

Куртка потемнела от воды.

— Ты где был?

— В деревне.

— Зачем?

— Слушал.

Клэр закрыла глаза.

— В такую погоду?

— Вы сказали работа.

— Я не говорила утонуть.

Адриен повернулся.

Матьё увидел его.

Остановился.

Потом посмотрел на Люсена.

Потом на Клэр.

Серые глаза загорелись.

О нет.

— Жанна! — позвала Клэр.

— Что?

— Высушите моего разведчика.

— Я не разведчик, — сказал Матьё.

Адриен медленно повернул голову к Клэр.

— Вашего кого?

— Никого.

— Я посыльный, — гордо объяснил Матьё.

— Вот.

— И слушаю.

Клэр прикрыла глаза.

Адриен улыбнулся.

— Прекрасно.

Жанна появилась с полотенцем.

Схватила мальчика.

— Мокрый весь!

— Я…

— На кухню!

— Но у меня новости!

— Сначала штаны сухие!

Матьё исчез.

Люсен смотрел на Клэр.

— Вы наняли ребёнка?

— Я дала работу беспризорнику.

Улыбка Люсена исчезла.

— Беспризорнику?

— Он жил в моей прачечной.

Адриен перестал улыбаться тоже.

— Один?

— Судя по всему.

— Сколько ему?

— Тринадцать.

Адриен посмотрел на дверь.

Лицо стало другим.

Собранным.

Серьёзным.

Клэр заметила.

— Я плачу ему, — сказала она. — Кормлю. Ночевать теперь будет в доме.

— Где родители?

— Нет.

Адриен ничего не сказал.

Но пальцы на бокале сжались.

Интересно.

Очень.

Через десять минут Матьё вернулся в сухой рубашке Жака, которая доходила ему почти до колен.

— Новости.

— Ешь сначала.

Жанна поставила перед ним кролика.

Матьё сел с краю.

Посмотрел на гостей.

— Это братья?

Люсен улыбнулся.

— Видно?

— Немного.

Матьё посмотрел на Адриена.

— Этот старше.

— Спасибо, — сухо сказал Адриен.

— А этот веселее.

— Я люблю мальчика, — сказал Люсен.

Клэр подняла бокал.

— Он наблюдательный.

Матьё взял хлеб.

— В деревне говорят, что вы трёте людей руками.

Тишина.

Клэр медленно поставила бокал.

Адриен закашлялся.

Люсен согнулся.

— Что?

— Кто говорит?

— Все.

— Уже?

— Мадам Бертран сказала, что Маргарита утром хвалилась.