Книга Опальная фаворитка, страница 12 – Людмила Вовченко

Клэр остановилась сразу за дверью.

— Ох ты ж…

— Мадемуазель?

— Ничего.

Нет.

Не ничего.

Дом был огромным.

И убитым.

Широкий коридор тянулся в обе стороны. Потолки высокие, двери массивные, когда-то белые, теперь сероватые. На стенах висели несколько картин в тёмных рамах. Один портрет перекосился после толчков. Мужчина в парике смотрел на происходящее с выражением аристократического неодобрения.

— Не смотри так, — пробормотала Клэр. — Сам довёл.

— Что?

— С предком разговариваю.

Люси посмотрела на портрет.

— Это не ваш предок.

Клэр остановилась.

— Кто?

— Какой-то святой.

Она посмотрела внимательнее.

У мужчины действительно оказался нимб.

— Тем более. Мог помочь.

Маргарита прикрыла рот.

Второй раз за последние десять минут.

Прогресс.

Они пошли дальше.

Под ногами скрипели доски.

Через высокие окна проникал серый дневной свет.

Снаружи было пасмурно.

Дождь либо недавно закончился, либо собирался снова. По стеклу медленно стекали капли.

В коридоре пахло воском, сыростью и пылью.

Клэр провела пальцем по подоконнику.

Серый след.

— Когда здесь последний раз нормально убирали?

Люси обиделась.

— Я убираю.

— Не ты. Дом.

— Мы приехали три дня назад.

Клэр остановилась.

— Три?

— Да.

Вот это важно.

— После… после отъезда?

Люси кивнула.

Клэр осторожно продолжила:

— Напомни мне, сколько заняла дорога.

Вопрос прозвучал достаточно естественно.

— Почти пять дней. Из-за дождей. Последний день был ужасный.

Память откликнулась.

Карета.

Тошнота.

Мокрые поля.

Маргарита напротив.

Люси спит, привалившись к стенке.

Холод.

Чужой дом появляется между деревьями.

Серый.

Заброшенный.

«Это Бельфонтен, мадемуазель».

Клэр провела пальцами по виску.

— Голова? — сразу спросила Маргарита.

— Память.

Обе замерли.

Клэр поняла ошибку.

— После удара всё немного путается.

— Вы… забыли?

Вот оно.

Возможность.

Очень опасная.

И очень удобная.

Клэр задумалась ровно на секунду.

— Не всё. Но некоторые вещи словно в тумане.

Маргарита побледнела.

— Господи.

— Я узнаю вас. Знаю своё имя. Знаю, кто я.

Это было почти правдой.

— Но детали могут ускользать. Если я спрашиваю что-нибудь очевидное — не пугайтесь.

Люси и Маргарита переглянулись.

— Хорошо, — первой сказала няня.

Клэр кивнула.

Отлично.

Теперь ей не придётся устраивать интеллектуальную акробатику каждый раз, когда понадобится узнать элементарную вещь.

Удар головой.

Спасибо, сундук.

Ты не только враг.

Ты ещё и алиби.

Они спустились по лестнице.

Клэр остановилась на середине.

Перед ней открылся холл.

Высокий.

Холодный.

Красивый даже в запустении.

Пол выложен крупными каменными плитами, часть покрыта потёртым ковром. Широкая лестница разделялась на два марша. Перила тёмного дерева, резные, покрытые пылью. На стене — большое полотно с охотничьей сценой. У двери стоял старый шкаф.

Люстра висела криво.

Клэр подняла голову.

— Её надо снять.

— Что?

— Люстру.

— Зачем?

— Потому что следующий толчок отправит её кому-нибудь на голову.

Маргарита посмотрела вверх.

Люси тоже.

Обе сделали шаг в сторону.

— Вот.

Клэр спустилась.

В холле было ещё холоднее.

Она подошла к входной двери.

— Не выходите, — сказала Маргарита.

Клэр положила руку на ручку.

Посмотрела на неё.

— Почему?

— Дождь.

— Я не сахарная.

— Вы только что были без сознания.

— Аргумент.

Маргарита явно ожидала продолжения.