Книга Опальная фаворитка, страница 117 – Людмила Вовченко

— Нет.

— Почему?

— Потому что хочу увидеть его лицо, а не вашу драку.

— Я умею себя вести.

Клэр посмотрела.

Адриен вздохнул.

— Иногда.

---

Проспер ждал в гостиной.

Женевьева сидела рядом.

Арман стоял у камина.

Очень семейно.

Очень подозрительно.

Клэр вошла.

Села.

— Итак.

Проспер улыбнулся.

— Я рад, что вы решили поговорить серьёзно.

— Я тоже.

Женевьева расслабилась.

Арман — тоже.

Бедные.

— Я готова рассмотреть предложение о браке.

Три лица изменились.

Проспер просиял.

Женевьева выдохнула.

Арман улыбнулся.

За дверью что-то тихо стукнуло.

Клэр знала, кто.

Не обернулась.

— При одном условии.

Проспер кивнул.

— Конечно.

— Будет брачный договор.

Его улыбка чуть дрогнула.

— Разумеется.

— Бельфонтен остаётся исключительно моим.

— Конечно.

— Все доходы от него — мои.

Пауза.

— Мы сможем…

— Мои.

Проспер моргнул.

— Хорошо.

Женевьева нахмурилась.

Арман перестал улыбаться.

Клэр продолжила:

— Все деньги, полученные по обязательствам перед моим отцом, остаются под моим управлением.

— Клэр, — начал Арман.

Она подняла ладонь.

— Я говорю с будущим женихом.

Арман замолчал.

Проспер вытер пальцем верхнюю губу.

— Продолжайте.

— Ни один участок Бельфонтена не может быть продан, заложен, передан или использован как обеспечение без моего письменного согласия.

Теперь Проспер молчал дольше.

— Это излишне.

— Почему?

— Муж и жена должны доверять друг другу.

Клэр улыбнулась.

— Тогда вам будет легко согласиться.

Женевьева закрыла глаза.

Проспер сглотнул.

— И ещё, — сказала Клэр. — Я продолжаю работать.

— Лично?

— Да.

— С мужчинами?

— Если нужно.

Лицо Проспера вытянулось.

— После брака это невозможно.

— Тогда брак невозможен.

— Клэр!

Женевьева не выдержала.

Клэр повернулась.

— Что?

— Ты намеренно ставишь невыполнимые условия.

— Почему невыполнимые?

— Потому что муж…

— Проспер сам скажет.

Все посмотрели на него.

Проспер сидел.

Маленький.

Аккуратный.

Очень хорошо одетый.

И уже совсем не самодовольный.

— Мне нужно подумать.

Клэр улыбнулась.

— Конечно.

— И увидеть договор.

— Люсен готовит.

Лицо Проспера изменилось.

— Де Бомон?

— Да.

Арман резко сказал:

— Почему он?

— Потому что мой нотариус.

— Это семейный вопрос.

— Именно поэтому.

Проспер встал.

— Я вернусь завтра.

— Хорошо.

Он поклонился.

Ушёл.

Арман дождался, пока дверь закроется.

— Ты сумасшедшая.

Клэр посмотрела.

— Почему?

— Ни один мужчина не подпишет такое!

Из коридора раздался голос Адриена:

— Я бы сначала прочитал.

Тишина.

Клэр закрыла глаза.

Женевьева побледнела.

Арман повернулся к двери.

Адриен вошёл.

Спокойный.

Красивый.

С совершенно невинным лицом.

— Ты подслушивал? — спросил Арман.

— Нет.

— Тогда откуда…

— Вы кричите.

Клэр посмотрела на него.

— Вы обещали не вмешиваться.

— Я не вмешиваюсь.

— Только комментируете?

— Немного.

Женевьева смотрела на Адриена.

Потом на Клэр.

И вдруг спросила:

— Вы бы подписали?

Адриен перевёл взгляд на неё.

Пауза.

— Если имущество принадлежит жене до брака и она сама построила предприятие — почему нет?

Арман уставился.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Муж должен управлять семьёй.

Адриен поднял бровь.

— Сочувствую твоей будущей жене.

Клэр отвернулась.

Поздно.

Смех вырвался.

Женевьева закрыла лицо ладонью.

---

Вечером приехал посыльный.

Письмо было от Гаспара Лемуана.

Он сможет быть через два дня, а не через четыре.