Книга Развод. Тайная двойня от Космического Босса, страница 104 – Кира Иствуд

Мой брат остался стоять точно вмёрз в пол и смотрел на шиарийца страшно. Ксенон, кажется, тоже хотел подраться… это от неопытности в вопросе шиарийских потасовок, я уверен. Всё оттого, что брат в своей ведомстве больше имеет дело с другими расами. Надо бы привести его в чувства.

— Ксенон! Наксы не болеют, – спокойно пресёк я воинственный порыв брата после короткой, но такой насыщенной событиями паузы, – и тебе это известно. Даже метаморфы не в силах их ничем заразить, как ты изволишь выражаться. И вообще. Что за приход, Ксенон? Но я в любом случае рад тебя видеть. И благодарю за содействие.

— Брось эти сантименты, Ксандр! Ты женился на человечке, но не изображай, будто очеловечился настолько. Этот цирк просто смешон. На него поведутся только люди и… какие-нибудь шиарийцы. А вот то, что после контакта с тобой и твоей… пёстрой компанией единомышленников, мой накс ведёт себя странно – неоспоримый факт! – мой брат холодно целил, игнорируя мои потуги на вежливость, – мой ментальный помощник транслирует мне в данный момент… этически неоднозначные измышления. Если не сказать… неприемлемые!

Я безразлично пожал плечами и отпил кофе из своего стакана.

Мне вдруг захотелось встать, сделать шаг навстречу и обнять младшего брата – странный порыв. Но сделай я так, он просто будет стоять, оцепенев – выдавать классическую атлантианскую реакцию. Может, потом…

“Дай мне год”, – неожиданно коснулся моего сознания накс Ксенона и затих, отключаясь от меня, полностью сливаясь со своим истинным носителем — моим братом.

Год… стало быть, мировоззрение накса Ксенона пошатнулось.

А мировоззрение накса – отражение мировоззрения его атлантианца. Наши психические картины мира достоверно нельзя разделить. Порой не знаешь, где заканчиваешь ты и начинается твой накс. Посвящённые в тайну наксов люди частенько шутят, будто атлантианцы сбрасывают часть мозга “на флешку”, то есть накса, “флешка” – это нечто вроде очень древнего внешнего носителя информации в земной культуре. Пожалуй, это сравнение где-то верно.

Было бы… приятно обнять Ксенона, хотя бы и через год. А сейчас я читал его намерения по скудной мимике: обозвать весь кофе на Эвирее-3 убогим пойлом, шумно вылететь из кабинета не прощаясь, как можно раньше убить с шиарийского планетоида.

Но брат ещё был нужен мне здесь. Ведь мне в самое ближайшее время надлежало атравматично для психики детей изъять куст по имени Нестор на расширенную экспертизу. И это будет непросто.

Вся надежда была на пакет, привезённый Ксеноном.

Он должен был отвлечь близнецов, пока я заканчиваю миссию на Эвирее-3. И как только все будут заняты – я смогу провести время с Аланой. Поговорить как следует, сообщить важные новости, заняться с женой любовью, наконец! В ажиотаже последних суток ничего этого сделать не удалось.

Но теперь...

— У меня к тебе будет ещё одна просьба, Ксенон. Думаю ты даже найдёшь её приятной... – я приоткрыл пакет, так чтобы дети видели. В нём была инкрустированная сгаэлитом коробка в крупную чёрно-зелёную клетку. Затем я вернул пакет на стол и мягко запустил по столешнице в сторону детей. Близнецы ахнули и возбуждённо загомонили, увидев оригинал изумрудных подпроcтранственных шахмат. Абсолютно не по атлантиански повскакивали со своих мест и кинулись раздраконивать коробку на глазах у потрясённо молчавшего Ксенона. Конечно, видеть это "неприемлемое" в смысле, обычное детское человеческое поведение у визуально вполне атлантианских детей — тот ещё шок-контент для обыкновенного атлантианца. Близнецы так увлеклись, что я успел снять со стола горшок с Нестором, положить в транспортный бокс и опечатать.