Книга Истинная для дикарей, страница 9 – Шарлотта Эйзинбург

Когда шаги стихли и крышка отлетела в сторону, я даже не смогла встать сама. Сильные руки вытащили меня на свет. С моих ног и подола туники ручьями стекало тёмное вино, оставляя на каменном полу рубиновые капли. Я покачнулась, пьяная и дрожащая. Дайрен тут же подхватил меня, не обращая внимания на то, что его собственные штаны пропитываются влагой от моего тела.

— Уходим. Сейчас же, — скомандовал Торан.

Он нажал на неприметный камень, и часть стены бесшумно отъехала, открывая тёмный лаз. Каэл забрал меня у блондина, закидывая на плечо, и мы шагнули в темноту.

Мы шли долго. Когда Каэл наконец опустил меня на ноги, мы оказались в потрясающе уютной подземной комнате. Корни огромных деревьев оплетали земляные стены, свет исходил от мерцающего мха, а в каменном очаге теплился магический огонь. Посреди комнаты стояла огромная кровать из полированного дерева, щедро застеленная пушистыми шкурами.

— Наша охотничья заимка, — тихо произнёс Торан, запирая за нами тяжёлую дверь лаза. — Здесь нас никто не найдёт.

Напряжение лопнуло. Опасность миновала. Только они трое и я, немного пьяная, мокрая, пахнущая их священным вином и отчаянно реагирующая на их феромоны.

Дайрен шагнул ко мне первым. Его золотистые глаза горели в полумраке очага.

— Ты вся дрожишь, птичка, — хрипло прошептал блондин. Он опустился передо мной на колени. Его горячие руки легли на мои мокрые, перепачканные вином икры и медленно, обжигающе поползли вверх, к обнаженным бедрам. — Нам нужно согреть тебя. И смыть это вино...

Он подался вперед и провел горячим, шершавым языком по внутренней стороне моего бедра, слизывая сладкую рубиновую каплю. Меня пробила крупная дрожь.

Каэл, тяжело дыша, подошёл вплотную и стянул через мою голову мокрую, тяжелую тунику, отбрасывая её на пол. Я осталась перед ними абсолютно нагая. Огонь из очага отбрасывал блики на мою кожу, покрытую влажными, блестящими потёками.

Торан не сводил с меня тёмного, голодного взгляда. В тишине подземной комнаты звук падающей на пол мужской одежды прозвучал оглушительно громко, запуская в моей крови новую, неконтролируемую волну первобытного пожара.

Звук падающих на каменный пол мужских ремней прозвучал как гонг. Мой внутренний биолог окончательно ушёл в отставку, помахал белым флагом и ушёл в закат.

Передо мной стояли трое обнажённых мужчин с пугающе идеальной анатомией. Ни грамма лишнего, только литые мышцы и светящиеся в полумраке татуировки. Если бы я снимала документалку для Animal Planet, это был бы кадр года. Но, кажется, в этой пищевой цепочке главное блюдо — я.

Я сглотнула, чувствуя, как от их потемневших взглядов по телу разливается тяжёлый, пульсирующий жар, а дыхание сбивается.

Дайрен, так и стоявший передо мной на коленях, подался вперёд. Он обхватил мои бёдра своими горячими ладонями и медленно, с откровенным наслаждением провёл шершавым языком от моего колена вверх, слизывая рубиновые капли. Я вздрогнула. Это щекотало и обжигало одновременно. Вино вперемешку с его слюной действовало круче любого транквилизатора, напрочь отключая тормоза.

— М-м-м, сладкая, — промурлыкал блондин. Он уткнулся носом во внутреннюю сторону моего бедра, опаляя дыханием нежную кожу.

Мои колени предательски подогнулись, но упасть мне не дали. Сзади вплотную подошёл Каэл. Огромный, раскалённый, как печка. Он обхватил меня со спины, прижимая к своей широкой груди, и я очень чётко, всем телом ощутила, насколько сильно он возбуждён.