Книга Апокалипсис для избранных, страница 7 – Ян Сикоревич

Можешь не отвечать, я все про тебя знаю.

Даже без вопроса индеец не мог вымолвить ни слова. Словно какая-то тайная сила сковала его уста. Он мог только слушать и подчиняться, на большее был не способен.

Голос продолжил:

— Сейчас встанешь, пройдешь в соседний зал, не пугайся, проход узкий и порой будет казаться, что умер, когда камни, словно живые, сдавят тебя смертельными объятиями. Не верь ощущениям. Если в тебе мелькнет хотя бы искорка страха, то так и случиться. Но я знаю индейскую твердость и непоколебимость, поэтому не сомневаюсь в успехе. Иди, и пусть тебе повезет. А когда дойдешь до конца, если не дрогнешь…увидишь голубой треугольник в сиянии радужных искорок, словно он купается в бенгальских огнях. Возьми находку смело в руки и посмотри на одну из граней. Сначала увидишь просто себя, свое отражение. Потом поверни треугольник другой гранью. Там увидишь прошлое. Если тебе приятно будить в себе воспоминания, то пообщайся с этой гранью. Многое вспомнишь — и хорошее и плохое. Я ведь знаю, что тсандза — высушенные человеческие головы, украшающие твой вигвам, ты отрезал у врага не раз и не два. Если тебе приятно это вспоминать, как воину, то смотри. Ты там увидишь и свое детство, родителей. Это, пожалуй, будет радостно вспомнить. Приятно будет опять перетрясти в сознании и кадры жизни, как ты женился на молодой Кхи. Вспомнишь и своих детей. Сына Гориа, который увы рано умер и чья голова в виде тсандзы висит во вражеском племени малаката. Я тебе покажу где. Но сын погиб, как настоящий воин, и не его вина, что сзади получил коварный удар копьем. А дочь твоя Талие не хотела умирать, когда враги мaлaката для развлечения бросили ее к обезьянам и самцы под ревнивый вой самок много раз надругались над нежным созданием. Помнишь, как ты сам, когда вернулся домой и узнал о ее позоре, закончил юную жизнь ударом мачете? А как ты сотрясался от рыданий, как целовал землю на ее могиле! Помнишь, как три дня пролежал, а потому полз, словно смертельно раненый зверь, и влез прямо в логово ягуара. Но тот тобой побрезговал. Извини. Я не хотел тебя расстраивать, верный страж. Но прошлое невозможно стереть. Ягуары в отличие от людей не убивают своих детенышей.

Почему ты остановился. Ползи дальше. Я специально испытываю твое терпение и волю«.

Только тут индеец заметил, что уже давно мечется в тесном проходе между скал, что те все сильнее сдавливает тело и сковывают движения.

Наконец, он увидел кристалл. Все верно говорил голос. Три грани — настоящее, прошлое и…будущее. Он увидит будущее? И не нужно для этого быть шаманом и кружиться в исступлении и биться до крови о базальтовую стену, вымаливая у богов секунду прозрения!

Он увидит будущее. А хочет ли он того?

Скользкая Тень уже не успел подумать об этом. Он держал, наконец, руках треугольный камень с отполированными до зеркального блеска гранями. Скользкая Тень был простым индейцем. Несмотря на все почтение к богам, он даже не представлял, что охраняет несметные сокровища, а их ценность в сотни раз выше цены того золота, на котором написаны письмена. Ибо знания эти были бесценны. Являлись они порождением деятельности инопланетян (богов для индейцев) или хранили в себе знания атлантов? Об этом должны были рассказать сами письмена. И сюда уже устремились люди. Наступит момент и они попытаются прочитать написанное. Но удастся ли им это и вообще: не погибнут ли они по пути, пройдут через сито испытаний? Об этом не знал никто. А Скользкая Тень вскоре узнает из кристалла времени, что будет их проводником сюда. Но не все так просто. Он был связан клятвой никого в пещеру-хранилище не проводить. Как все произойдет, как будут ликвидированы все противоречия узнаете из дальнейшего повествования.