Книга Апокалипсис для избранных, страница 259 – Ян Сикоревич

Как не пытался индеец повернуть к себе грань будущего, ему не удавалось. Все время треугольник вертелся у индейца в руках, словно непослушный мальчишка, нашкодивший в школе, и не желающий поворачиваться к отцу задним местом, которому придется страдать за недостойное поведение хозяина.

И вдруг после отчаянного сопротивления и борьбы треугольник сдался. Перед человеком засияла грань будущего. А может быть это была игра воображения?

Скользкая Тень, прищурившись, как на охоте, всмотрелся в грань кристалла, которая приоткрывала будущее. И вот, что он увидел:

Шаман резко ударил в бубен, и в тот же миг, будто по его команде, выглянуло из-за облака разгневанное солнце. Оно вонзилось в поверхность земли своими острыми, как мачете лучами, и сразу же по небу разлился кровавый кисель. Словно одним движением мышки в фотошопе, искусный мастер без остатка заполнил весь экран ярко-красным цветом флага могучего государства. Не так давно в нем попытались построить общество всеобщего благоденствия, но затея через семьдесят лет захлебнулась, поскольку те, кто был у руля, оказались изгоями, мздоимцами, да и просто ленивыми созерцателями.

Но индейцы шуара не знали историй других стран, кроме своей. Мало того:

они считали себя главными на земле, поскольку Боги когда-то доверили им охранять свои тайны. Индейцы любили свой народ, лес и горы. А еще они любили отрезать головы и высушивать их особым способом, превращая в сувениры, носить которые с собой почиталось гордостью в племени. И чем больше голов, тем сильнее уверенность в себе и завтрашнем дне.

«Смотрите, сколько за поясом у меня скальпов. Смотрите, сколько на моем вигваме вражеских голов. Я непобедимый воин!»- эти слова готовы были сорваться с уст каждого члена племени шуара.

Закон силы гласил: Если не убьешь врага, то назавтра женщина племени малаката увидит твой скальп на своем пузе. Поэтому старайся первым отпустить тетиву лука или на йоту раньше дунуть из духового ружья«.

А Шаман повелевал праздником. Люди племени радовались, как дети. Они все устремились за ним по кругу, а потом, по команде начали трястись, словно электрический ток бежал по их венам.

Ритуал требовал слиться в этой безудержной тряске с духом леса, став на время одновременно его сущностью и дланью. И вот вперед вышли гордость племени — воины.

Женщины, держащие на руках младенцев, подростки и старики — все с восторгом разглядывали воинов в праздничном облачении, боевая раскраска придавала тем вид божеств из сказки. Головные уборы из перьев павлинов и фазанов привносили в их образы оттенок мистики. Тела искусно украшены праздничным татуировками, лица вымазаны охрой. На шеях у всех без исключения сверкали ожерелья из зубов уничтоженных врагов. Затянуты все были в пояса из скальпов. А на затылках, природным клеем прикреплены отрезанные головы живших когда-то врагов. Их тщательно высушивали, отчего черепа уменьшались до размера кулака — они символизировали непобедимость каждого из воинов.

Шаман перепрыгнул огромный костер. Как это ему удалось, оставалось загадкой. Вполне вероятно, что он босыми пятками и зацепил пламя, но ничего в его облике не выдало боли от ожога. Он начал совершать круги вокруг праздничного костра.

Потом бросил бубен в огонь, а сам громко вскрикнул. После вопля шаман стал кружиться, постепенно ускоряя темп вращения. Наконец, он превратился в волчок, его черты расплылись, остался лишь силуэт, вихрь мощной энергии, заряжающей все вокруг; не прекращая вращения, Шаман приблизился вплотную к костру.