Книга Щит рода, страница 159 – Мелина Боярова

Неожиданная поддержка оказалась кстати. Чего, спрашивается, переживать, не девять же лет в самом деле? Одноклассники тут из благополучных семей, воспитанные, надеюсь. Но все же какая-то нервозность проскакивала, что в целом только играло на пользу.

— Учитель! – кто-то громко крикнул при нашем появлении, а внутри сразу же возникла суета. Впрочем, шум стих, стоило нам войти в класс. Дети встали из-за столов и вытянулись при нашем появлении. – Добрый день, Инна Зиновьевна! Четвертый гимназический класс собран и готов к занятиям. Отсутствующих нет! – четко отрапортовал белобрысый мальчишка с россыпью конопушек на лице.

Смешной такой, с лопоухими ушами и проказливым взглядом бледно-голубых глаз.

— Добрый день, класс! – воспитательница продефилировала к столу, покачивая бедрами, обтянутыми строгим платьем. В моем мире она бы запросто построила карьеру супермодели. – Хочу представить вам новую ученицу, Нину Николаевну Толпееву, прошу любить и жаловать, а также оказать посильную поддержку.

— Рада знакомству, – я натянуто улыбнулась, рассматривая четыре десятка новых лиц.

Меня в ответ изучали с настороженностью, но больше с любопытством, конечно. На первый взгляд, все белые и пушистые, но… поживем – увидим.

Первый учебный день прошел познавательно. Познакомилась с ребятами и учителями, получила «отлично» по математике, решив у доски десяток задачек. Суховцев, что преподавал историю, не преминул потоптаться по моему самолюбию, специально задавая вопросы, ответы на которые я не знала. Впрочем, он и с другими учениками не церемонился, разве что с дворянскими отпрысками проявлял учтивость. Таких у нас в классе набиралось двенадцать человек. Держались обособленно, выделяясь заносчивостью и легким презрением по отношению к остальным. Впрочем, черту не переходили, детки купцов, промышленников или горожан в будущем могли стать партнерами, союзниками или надежной опорой. Ну, это мои поверхностные выводы. Возможно, узнав ребят получше, мнение изменится в ту или иную сторону. Ко мне пока что присматривались, были вежливы и предупредительны.

Кстати, меня посадили за одну парту с тем самым лопоухим мальчишкой, Гришкой Арепьевым. Твердый хорошист и активист, участник школьных театральных постановок и поэтических вечеров, силен в истории и литературе. Не нужно быть гением, чтобы понять, для чего нас объединили. У парнишки проблемы с математикой. В идеале мы должны были подтянуть друг друга по отстающим предметам. Отец Арепьева – земледелец и заводчик скота, владелец маслобойни и крупного мясокомбината, поставлял на рынки и в магазины мясо, крупы, молоко и молочную продукцию. Наследнику нужны практические навыки, чтобы в будущем встать во главе обширных предприятий, а у него никакого интереса к точным наукам не пробудилось.

Подразумевалось, что я своим примером окажу влияние на непоседу. Вот только, кто сказал, что это влияние будет тем, на которое рассчитывали учителя? Я не видела проблемы, если ребенок занимается тем, к чему лежит душа. Гришка – творческая личность, фонтанирующая романтическими идеями, а его запирали в рамки общества и заставляли учить скучные формулы. Ну я и сыпала ему рифмованными правилами, вроде «Пифагоровы штаны во все стороны равны». Или же знаменитое «биссектриса – это крыса, которая ходит по углам и делит угол пополам». Просто же! А запоминается на раз. Мальчишка живо ухватил идею, сходу начал рифмовать и переделывать скучные формулировки в веселые четверостишия. Смешно было наблюдать, как Гришка переминается у доски с ноги на ногу, а сам бормочет стишки под нос.