Книга Темный эллерат, страница 97 – Мелина Боярова

Каким же невыполнимым оказалось данное обещание! Ну, как тут сосредоточиться, когда сердце колотится в бешеном ритме, мысли путаются, а с губ в такт ритмичному движению срываются громкие стоны? Невозможно. Почти. Цепляясь за остатки разума, который практически растворился в урагане захлестнувших эмоций, позволила убрать защиту, умоляя себя же дать любимому шанс. Тьма обиженно отступила вглубь подсознания и затаилась до поры до времени. А Рей, на которого обрушился водопад из острых ощущений, замешанных на удовольствии, бушующей пожаром страсти, терзающих сомнениях, нешуточной борьбы с собой и приятной, придающей остроты, боли, задрожал всем телом, выплескивая переполнившее его ликование вместе с семенем и громким криком, эхом, затерявшимся в окружающих горах.

— Леа! Леа, Леа, Леа! — как безумный повторял мое имя, покрывая поцелуями лицо, шею, ключицы, плечи. Еще никогда разрядка не накрывала демона так быстро, и я чувствовала прячущееся где-то на задворках смущение и решимость доказать, что способен на большее. Впрочем, восстанавливался он в рекордные сроки, так что теперь, получив желаемое, стремился к тому, чтобы и я достигла максимальной точки.

— Ре-эй! — стон завершился протяжным вскриком, вознося меня на вершину блаженства.

Несколько секунд ни с чем не сравнимого удовольствия, сметающего все преграды, и ощущение счастья сменилось жесточайшей агонией. В нескольких метрах от нас умирал зверь, ринувшийся на легкую и беспечную добычу. Это я не обратила внимания, полагая, что мы беззащитны перед окружающим миром, а демон обезопасил нас, окружив мощным защитным пологом. Как только хищник пересек контур, его поджарило заживо. Вся муки гибнущего в паре метрах от нас существа, обрушились на ничем не защищенную меня.

Это у меня от высокой температуры лопнули белки глаз, у меня вспыхнула шерстка и до черноты закоптилась кожа, у меня кровь вскипела изнутри и моментально сварились внутренние органы, а ставшие ломкими кости с треском раскрошились и обломками впились в тело.

Яростно визжащую и ничего не видящую из-за заливающей глаза крови, меня укутали в плед и зашвырнули в портал. Нехватка дыхания вкупе с удушающим кашлем как раз и подсказали, что мы переместились. Не знаю, как сам Рей справлялся с теми эмоциями, что я не только переживала так глубоко, но и еще транслировала на несколько сотен метров вокруг, но ответные отголоски демонического страха добавили неприятных ощущений. Впрочем, внешнее воздействие закончилось, как только на шею привычной тяжестью лег амулет. Это отсекло сторонние воздействия, однако ничуть не уменьшило страдания, которые бушевали внутри.

Ажиотаж, вызванный нашим появлением, топот сбивающихся с ног слуг, лающие приказы Крейгсхарта воспринимала отстраненно. Вся суета осталась за пределами сознания, отсеченного от мира ментальным амулетом, а внутри же я гибла, медленно выгорая от боли и пережитого ужаса, и молясь лишь о том, чтобы все это поскорее прекратилось.

Обиженная защитница вредной букой выбралась из глубин подсознания. Темным холодом равнодушия она гасила гибельные вспышки панического ужаса, притупляла эмоциональность и заполняла собой безжизненные островки выгорающих чувств.

Сцина напоила меня укрепляющим отваром, от которого расслабились мышцы и сами собой закрылись глаза. Но даже во сне не была избавлена от мучений. Жуткие кошмары доводили до исступления, заставляя убегать от опасности, много плакать и задыхаться от беспомощности. Самое ужасное, олицетворением моих страданий стал демон. Именно Рей дарил самые незабываемые и счастливые моменты жизни, память о которых продолжала бережно хранить, несмотря ни на что. В то же время и все плохие события неразрывно связаны исключительно с ним. Внутренняя борьба разрывала на части, любовь боролась с любовью, слабость смерти с жаждой жизни, а полыхающие вечным огнем чувства с манящей привлекательностью забвения и покоя. Каюсь, посещали тайные мысли, как было бы хорошо умереть и не испытывать никаких тревог и волнений. Только безумный страх, что моя смерть оборвет и жизнь любимого демона, заставлял цепляться за этот мир. Воспаленное сознание навязчиво шептало, что рядом с ним буду изнывать от вины, что никогда не смогу дать ему то, что хочет. Если уж сильные маги, демоны, не придумали, как оградить меня от губительного воздействия окружающих, то и надеяться больше не на что.