Книга Пробуждение ярости, страница 71 – Мелина Боярова

— Ты собираешься идти в таком виде? — ужаснулся боярский сын, которому в голову не пришло подумать об этом моменте. — На нас же будут смотреть! Осуждать! Ты не посмеешь появиться на приеме в этом убожестве!

— У меня нет платьев, Андреас. — Я внимательно осмотрела себя, проверяя, что нигде не запачкалась. — Только это.

— Надень хотя бы мантию, — процедил он, закатив глаза и тяжело вздохнув, как будто я уже испортила ему вечер. Аура парня полыхала вспышками алого и бордового цвета, и это не предвещало ничего хорошего. — Будешь вести себя тихо. И не смей никому отвечать! Каждое слово будет истолковано против нас обоих.

— Можешь не переживать, — ответила, ощущая нехватку дыхания и холод в груди. — Я не собираюсь болтать попусту.

— Вот и замечательно! — склонился ближе, сверкая глазами. — Я бы избавился от тебя сразу, как только переступил порог княжеского дворца, но не вправе нарушить приказ. Учти, это и твое задание тоже. Допустишь ошибку, и пострадаем оба.

Прием проходил в самом сердце городища — Зимнем зале, где обычно собирался княжеский совет. Огромное пространство было залито светом, исходящим от гигантского очага Сварога — ритуального огня, который зажгли еще в ночь Гнева и непрерывно поддерживали девять столетий подряд. Вокруг очага кружились мужчины и женщины, разодетые в шелка, бархат и парчу. Глаза слепили драгоценности и артефакты, которыми зажиточные горожане обвешались с головы до ног. В воздухе витали ароматы благовоний и духов, царила атмосфера беззаботного веселья. Но это только внешняя оболочка праздника.

Едва мы вошли, как в спину ударила волна насмешек. Молодые девушки в роскошных платьях, похожих на летающие снежинки, тут же начали шептаться и таращиться на нас.

— Боярич Туманов пришел с дикаркой! — Расслышала я чей-то противный голос, полный злорадства. — Совсем опустился, раз якшается с чернью.

Андреас держался спокойно, нацепив на лицо маску холодного безразличия. Но я уже неплохо его изучила, чтобы понимать, как тяжело ему дается спокойствие.

— Держи спину ровно, — прошипел мне сквозь сжатые челюсти. — Не смотри на них. Они не стоят твоего внимания. Осталось немного потерпеть. Сначала официальная часть, затем пара танцев, и все, можем уходить.

Мы стояли в дальнем ряду зрителей, наблюдая за ритуалом, посвященным Сварогу. Старейшины и главы кланов, среди которых присутствовал отец Андреаса Мстислав Туманов, читали древние гимны, призывая бога очистить город от гневов и укрепить купол. Их голоса гулко разносились под высокими сводами зала. Огонь в очаге вспыхивал в такт словам, выбрасывая в воздух потоки тепла и света.

В окружении плотной враждебной толпы, наполненной различными эмоциями, я чувствовала давление и старалась сохранять спокойствие. Под пристальным взглядом Лютобора, выбравшего место неподалеку, сделалось не по себе. Я активировала чарки чистоты, чтобы избавиться от липких взглядов и осуждения. Стараясь отстраниться от происходящего, наблюдала за людьми, как за актерами на сцене, анализируя их мимику и жесты, которые говорили намного больше, чем фальшивые слова.

В момент, когда ритуал достиг апогея, огонь взметнулся под самый свод, а зал грянул овациями, приветствуя князя Радомира, я ощутила присутствие гнева. Он разительно отличался ото всех, кого видела прежде. Его вибрация была острой и холодной, как осколок льда. А еще абсолютно чужеродной, словно кто-то принес в зал кусок другого мира, из которого приходили гневы.