Книга Пробуждение ярости, страница 19 – Мелина Боярова

— Итак, — задержал нас дежурный перед входом в казарму, — послушайте внимательно. Вы все прошли первую проверку на взаимодействие с гневами и теперь являетесь учениками чарошколы. Вам намеренно продемонстрировали, как обращаются с теми, кто не способен сдерживать гнев. Вы на себе прочувствовали наказание за нарушение правил, поэтому я надеюсь, что в дальнейшем никто их не будет нарушать. — Красноречиво посмотрел на Мелеха, а затем на меня. — Учитесь прилежно, осваивайте науки учителей и тогда подвалы будете посещать только в рамках необходимых заданий и отработки взаимодействия с гневами.

— Выходит, вы специально нас запихнули в эту клетку? — возмутилась Полада, глядя на мужчину с нескрываемой обидой.

— Именно! — подтвердил дежурный. — В воспитательных целях, которые, в том числе, направлены на то, чтобы уяснили раз и навсегда — здесь нет деления на слободских, городских или диких. Вас будут оценивать по тем умениям, которые вы будете проявлять на занятиях. Всем ясно?

Подростки дружно закивали, а на лицах новеньких мальчишек и Ирии я прочитала нескрываемое облегчение. Я же приняла информацию к сведению, не особенно радуясь тому, что нас сначала макнули в грязь, а потом уже объяснили, зачем это сделали. Первое впечатление, и оно же последнее, оказалось испорченным.

— Давайте начнем знакомство сначала, — уже более мягким тоном продолжил дежурный. — Меня зовут Милояр Луст. Обращаться ко мне — господин Милояр или господин учитель. Последнее применимо к любым преподавателям нашей школы.

— Рада знакомству, господин Милояр, а меня зовут Ремез Полада Путятична, дочка купца Путяты Ремеза, — выпендрилась девчонка, получив возможность похвастаться, что родом из богатой семьи в отличие от нас, неудачников.

Не знаю, может, она хотела показать манеры или как-то выделиться среди остальных, но это никому не понравилось. В том числе и дежурному.

— Полада, ты верно не слушала, о чем я говорил недавно? — холодно поинтересовался Милояр. — Здесь ко всем ученикам обращаются по имени без отчества и фамилии, потому что все между собой равны. В вашей власти прославить свое имя или же покрыть позором. На первый раз — замечание. Получишь еще два, и последует наказание. Понятно?

— Угу, — понуро кивнула девчонка.

— Не «угу», а: «Да, господин учитель», — поправил Милояр.

— Да, господин учитель, — послушно повторила Полада.

— Вот и отлично! А теперь — марш в казарму. На кроватях уже приготовлены необходимые вещи. Быстро переодеваетесь в спортивную форму и бегом на задний двор, где проводится зарядка. Над каждым спальным местом прибита табличка с именем, так что не ошибетесь, — предвосхитил вопросы, готовые сорваться с языка.

Дважды нам повторять не пришлось. Наученные горьким опытом, мы поторопились вернуться в казарму и разбрелись по разные стороны от щита. Я нашла свою койку в дальнем темном углу, куда не попадал свет из узких окон. Меня этот факт ничуть не расстроил. Темноты я не боялась и лишний раз с кем-то общаться не горела желанием. Ирии досталось соседняя кровать, а Поладу разместили напротив.

Глядя, как другие девочки собираются на зарядку, я спешно разобрала вещи, сложенные аккуратной стопкой в изножье. Сверху лежал кафтан из плотного сукна, под ним серые штаны, два комплекта льняного нижнего белья, портянки и тяжелые сапоги. Еще пара простых рубашек, ночная сорочка, кофта с застежками под горло, длинная юбка, чулки и туфли на каблуке. Помимо этого, прилагался комплект бытовых мелочей, вроде куска дегтярного мыла, жесткого полотенца, костяной расчески и маленькой щеточки для чистки зубов. Вещи далеко не новые, но чистые и вычищенные.