Книга Драконья академия. Капкан на дознавателя, страница 64 – Мелина Боярова

Боже, какое это счастье чувствовать себя живым!

Пусть даже в женском теле, но дышать полной грудью, слышать звуки, ощущать запахи, чувствовать заполошное биение сердца. Эти эмоции такие человеческие, привычные, но бесконечно недостижимые для призрака, что осознание истины невольно вышибает слезу. Я шатался, еле удерживаясь на ногах и осматриваясь осоловелым взглядом, словно налакался хмелевки в дешевом трактире. Но действительность помогла быстро "протрезветь".

Девушка. Адептка Прия Ювати. Шестнадцать лет. Отравлена ядом лигриса. Надо спешить!

— мозг фиксировал увиденное, а руки машинально плели исцеляющее заклинание.

Я не знал, как работают маги Жизни. Никто не знал, потому что существование таких уникумов скрывали от обывателей. Но их умения основывались на навыках целителей. Разница только в магическом эфире, который наполняет силой волшебную формулу. По-сути, яд лигриса — астральный паразит, сжирающий ауру. Значит, подойдет простейшее очищающее плетение, выгоняющее наружу всяческую дрянь, случайно попавшую внутрь организма.

Магические каналы в теле Дарсии находились в зачаточном состоянии. Требовались годы тренировок, чтобы достигнуть их стабилизации и равномерной толщины. До этого времени адептке сложно будет рассчитать уровень прилагаемых усилий, чтобы в один присест не лишить себя резерва. Я правильно сделал, что перехватил контроль над телом, иначе эта неугомонная особа в желании помочь подруге угробила бы себя.

Хвала Единому, я знал, сколько понадобится силы для создания плетения и активировал заклинание, вливая необходимое количество эфира. Ядовито-желтые пятна померкли, черные лепестки на ауре побледнели. Я снизил распространение яда, насколько это было возможно. Затем влил энергию Жизни в те участки, что уже подверглись необратимым изменениям.

Полностью излечивать пострадавшую не следовало. Надо и целителям академии постараться, чтобы спасение девчонки выглядело правдоподобным. Я восстановил печень, пораженную ядом, укрепил сердце, залатал истончившиеся стенки сосудов, нейтрализовал язвы на пищеводе и дыхательных путях, подпитал горошину внутреннего источника. Последнее — спонтанный эксперимент, ведь пробуждение магического дара у Дарсии наверняка заметят. Будет не так подозрительно, если и у второй адептки наметится прорыв способностей. Стопроцентной гарантии нет, но чем Аггел не шутит?

Стабилизировав состояние пострадавшей, я задумался над тем, что не помешало бы провести ускоренный курс обучения магии. Угроза жизни еще не миновала. Дарсии не помешает умение защитить себя. Ректор наверняка попросит первое время помалкивать о пробуждении дара, а не то ушлые адепты мигом сопоставят факты и начнут травиться лигрисом, лишь бы способности проснулись. И невдомек им, недалеким, что такой способ сработает на одном человеке из тысячи. Остальные станут жертвами неоправданных надежд.

Мда, идея-то пришла хорошая. Вот только непонятно, согласиться ли Дарсия. На периферии сознания я ощущал отголоски ее отчаяния и страха. Ворвавшись в тело, я сгоряча выместил хозяйку на задворки разума. Время там текло иначе и неизвестно, как сильно успела накрутить себя девчонка.

— Дарсия! — позвал девушку и потянулся к ней мысленно.

Тотчас мне открылся крошечный уголок, состоящий из чернильной темноты, в котором не было ничего, напоминающего о человеческой жизни. Обычно заточенные в темницу души любой ценой стремятся на свободу. Методом проб и ошибок быстро выясняют, что в подвластном им подпространстве способны менять окружающую обстановку под собственные желания. Очевидно, Дарсия еще не дошла до последней стадии отчаяния, чтобы