Книга Сердце дракона. Часть 2, страница 48 – Мелина Боярова

Невольно поежилась, на секунду представив, что ждет меня незавидная участь бывшей служанки. Настоящей, имею в виду, тело которой нашла в заброшенном крыле замка.

Нет. Это все не со мной происходит! — крепко зажмурила веки, чтобы уж точно проснуться и никогда не вспоминать о страшном сне.

Но суровая реальность не оставляла шанса сомнениям. Я попалась. Подставилась. Глупо. Бездарно. Как уходила из замка, никто не видел. Куда направилась, никому не сказала. Все решат, что сбежала. Или, вообще, ничего не заподозрят, ведь Лиера легко займет мое место. Недаром она столько времени крутилась рядом. Наверняка изучала меня, подмечала особенности характера, поведения.

Вот, дура! Лучше бы сразу голову снесла той гадине! А теперь только и остается, что скрипеть зубами, — невольно коснулась языком впадинки на десне, — и ожидать медленной мучительной смерти.

Ну, уж нет! Не смерти, точно, — я истерично хохотнула и тихонечко взвыла, — унизительного существования, которое и жизнью-то не назовешь. Лишенный крови, вампир испытывает дикую жажду, отчего постепенно сходит с ума, становится злобным и агрессивным. Пройдет не один десяток лет, прежде чем он окончательно обессилит и, превратившись в иссохшую мумию, впадет в подобие спячки.

Что она со мной сделала?

Я воспроизводила в памяти мельчайшие детали последних событий и, кроме варианта с отравленной кровью, на ум ничего не приходило. Плохо мне стало после того, как укусила Лиеру. Терпкий запах кожи, странный вкус крови и удивительное спокойствие, не характерное для обычной жертвы. Даже те люди, что стали донорами для доррийцев, перед кормлением испытывали подспудный страх. Это рефлекторное свойство, мимолетное, инстинктивное, и в то же время яркое, сильное, которое для каждого вампира, как бальзам на сердце. Так вот, этого испуга не было. От слова совсем. И еще, метаморфа будто ожидала нападения.

Я двигалась бесшумно и ни единым звуком себя не выдала! — в чем, а в этом уверена на сто процентов. — Но все же Лиера подготовилась. Быть может, специально чем-то себя отравила, чтобы поохотиться на живца? Вопрос, как она обо мне узнала?

Времени, чтобы все обдумать и проанализировать, у меня было предостаточно. И ответы нашлись сами собой. Они лежали на поверхности. Все гениальное — просто! Я не зря обратила внимание, что Лиера оставила двери в покои приоткрытыми. Сочла ее беспечной и глупой. В реальности глупой оказалась я. Сама угодила в ловко расставленную ловушку! Лиера либо увидела меня в окне, либо сработали магические маячки. Недаром, комнаты в замке, за исключением помещений для прислуги, не имели простых запоров. Во всех остальных использовали магию. Она и сторожила, и не пускала посторонних, и сообщала о непрошеных гостях.

Спустя несколько часов, мне стало хуже. Снова накатил жар, который вырвал из забытья. Пекло неимоверно. Неведомый огонь разливался по венам, как лава, заставляя сердце биться в бешеном ритме. Из носа и ушей тонкими ручейками текла кровь. Она же проступила сквозь кожу, только заметила это лишь тогда, когда намокла вся одежда. От меня валил пар, в сыром и холодном помещении подземелья поднимающийся кверху и превращающийся в туман.

Что происходит? — я по-настоящему испугалась. Ни в одном учебнике не говорилось, что вампира можно вскипятить изнутри. А я чувствовала, что заживо сварюсь, если это все не прекратится. — Что там за яд такой?