Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 167 – Мелина Боярова

Работа моментально закипела. Я так загорелась идеей, что позабыла обо всем остальном. Дни слились в бесконечный поток из чертежей, расчетов и подгонки деталей. Я забывала о еде и о том, что нога закована в шину, о Дмитрии, который до сих пор не появился в поместье, и о прочих проблемах.

Идея с подогревом сиденья оказалась гениальной. Федор крутился рядом и обсуждал со мной каждый шаг. Его тончайшие артефактные нити, вплетенные в обивочную ткань, реагировали на температуру тела и начинали излучать комфортное тепло.

Также мне пришла идея с массажными валиками, которые мы спрятали в поясничный упор. Стоило только нажать скрытый рычаг, и они приходили в движение, разминая затекшие мышцы. Я уже представляла, как удивится государь, когда трон вдруг начнет заботиться о его здоровье.

Главной моей гордостью стал потайной бар, спрятанный в левом подлокотнике за резной панелью. В миниатюрной нише располагались небольшие стаканчики и графин. Федор сумел приладить охлаждающий артефакт таким образом, чтобы напитки всегда оставались прохладными. А в правом подлокотнике мы разместили выдвижной ящичек для бумаг, замок на котором настраивался на ауру владельца. Никто, кроме самого императора, не сможет его открыть.

Одновременно с работой над креслом, я не забывала и об обещании, данном Александру. К созданию кресла-качалки я подошла с душой, мысленно возвращаясь на тот берег, где впервые встретила цесаревича. Мне хотелось, чтобы мое изделие стало частью умиротворяющего пейзажа, который так ценил Александр.

Для качалки я выбрала крепкую выдержанную сосну с теплым золотым отливом. Никаких острых углов в конструкции, только плавные, струящиеся линии. Сиденье выгнула так, чтобы в нем было удобно сидеть с удочкой в руках.

В процессе работы меня осенило: почему бы не сохранить для цесаревича и само место на реке? Подарить ему уютный уголок покоя, где он сможет укрыться от государственных забот? Пока Кубышкин не уехал в Москву, вызвала его, чтобы обсудить этот вопрос.

— Необходимо сделать деревянные мостки, только без затей, будто бы сама природа их проложила для удобства. Затем нам понадобится легкий навес от дождя, не закрывающий вид на реку. А под навесом как раз поставим кресло, скамеечку и небольшой столик. Все должно дышать тишиной и спокойствием, понимаешь?

Кубышкин задумчиво кивнул. Уж он-то видел Александра и знал, о ком идет речь.

Обустроив место для рыбалки, я наказала местным мальчишкам дежурить у реки и спешно докладывать мне, если заметят на берегу одинокого рыбака. Эти сорванцы стали лучшей сторожевой и сигнальной сетью, какую только можно придумать.

Параллельно у меня шла переписка с Гольдманом. Магическая почта каждый день доставляла послания, в которых поверенный сообщал об этапах готовности прошения.

К концу недели курьер из Воронежа доставил мне от поверенного подробные инструкции с выверенными формулировками и собранными доказательствами. Осталось только переписать набело и получить подпись Александра, как представителя императорской фамилии. Если все получится, у Магической коллегии и церкви не найдется причин для отказа.

Но пока цесаревич отсутствовал, мне оставалось только ждать и заполнять тревогу постоянной работой.

Две недели, отмерянные господином Гольдманом, пролетели как один день. Кресло для императора обрастало деталями, словно живое дерево. Каждое утро Федор прибегал с новыми идеями, и мы с ним спорили до хрипоты над деталями и воплощением этих идей в жизнь.