Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 162 – Мелина Боярова

Восемь тысяч вместо десяти, — я задумалась, закусив нижнюю губу. — Спешка в торговле всегда обходилась слишком дорого, но и ждать я не могла. Лесопилка требовала немедленных вложений. А тут еще Сокольский со своими паро-магическими станками.

— А что, если мы не станем продавать имущество сразу? — спросила я, подавшись вперед. — Возможно передать мне часть имущества в счет долга? Скажем, доходный дом в Москве? Или ту деревню, что побогаче? Я смогу получать с них арендную плату, и это покроет недостающую сумму со временем.

— Неожиданный ход, Ваше Сиятельство, — поверенный поднял на меня удивленный взгляд. — Большинство предпочло бы живые деньги.

— Большинство не управляет лесопилкой и не выполняет императорский заказ, — хмыкнула я. — Просчитайте этот вариант, Давид Моисеевич. Если получится быстро, то я соглашусь. Ну и подумаю, что еще можно сделать.

Гольдман кивнул, делая пометки в своей записной книжке. Я наблюдала за этим человеком, и мне импонировала его деловая хватка и профессиональный подход к делу. Умение видеть суть вещей — редкое качество среди людей такой профессии.

Возможно, этот человек поможет мне не только в решении наследственного спора? — едва промелькнувшая в голове мысль тут же оформилась в отчетливое намерение.

— Господин Гольдман, — дождалась, пока он оторвется от подсчетов, — я бы хотела попросить вас об услуге личного свойства. Она не касается дел Ведищевых, но крайне важна для меня.

— Слушаю, Ваше Сиятельство, — поверенный внимательно на меня посмотрел, чуть склонив голову.

— Прежде чем изложу суть дела, я должна попросить вас дать клятву о неразглашении. Речь пойдет о весьма деликатном вопросе.

— Клянусь Всевышним и честью своего рода, что все услышанное останется между нами и не будет передано третьим лицам без вашего прямого дозволения, — тут же произнес Гольдман, ни секунды не колеблясь.

Я ощутила, как воздух сгустился от слабого магического импульса, подтверждающего клятву. Что ж, по крайней мере, с этой стороны я подстраховалась.

— Благодарю, — выдохнула я, собираясь с мыслями. — Мне нужно помочь составить прошение о разводе с князем Горчаковым.

— Полагаю, у вас на то есть веские основания? — брови Гольдмана дрогнули, но он не подал виду, что удивлен, и лишь внимательнее уставился на меня.

— Более чем, — печально усмехнулась. — Дело в том, что наш брак с самого начала был фикцией, основанной на долге чести. Князь никогда не испытывал ко мне привязанности и открыто содержал любовницу, поселив ее в нашем доме. Боле того, по его недосмотру эта женщина организовала несколько покушений на мою жизнь. Ее вчера осудили, но сам факт соучастия мужа, пусть и косвенного, говорит о многом. Князь признал, что ранее относился ко мне с презрением и без должного почтения. Сейчас он хочет это исправить, но я не могу жить с человеком, который пренебрегал мной и подверг мою жизнь опасности. Моя свобода и дело для меня важнее его внезапно пробудившихся чувств. Я требую законного развода.

Гольдман некоторое время молчал, переваривая услышанное. После прокашлялся и поинтересовался деловым тоном:

— Могу я уточнить некоторые детали? Было ли с вашей стороны согласие на брак?

— Формально — да, — я кивнула. — Но на самом деле меня поставили перед фактом. Когда отец умер, то не оставил других вариантов решения моей судьбы.