Книга Академия Даркленд, страница 100 – Анна Одувалова

С болезненной ясностью понимаю, что мне жизненно необходимо притормозить. Осмыслить. Убедиться, что я не совершаю еще одну страшную ошибку. Понять, что поступаю правильно.

— Если я уйду прямо сейчас… меня могут хватиться. Не стоит привлекать внимание раньше времени. Это же логично?

— Нет! – Давид мотает головой резко, почти яростно. Его пальцы снова сжимают мою руку. – Один раз я уже совершил ошибку, поверив, что все будет хорошо, что ты придешь! И больше не собираюсь! – Его голос срывается. – Сейчас темно, и все спят. Мы можем без проблем уйти. А что случится до утра – непонятно. Вдруг опять что-то помешает! Опять не получится! Я не могу дольше торчать на этом острове!

— А если меня начнут искать? – настаиваю я, пытаясь вырвать руку, но Давид держит крепко. – Перевернуть остров можно за пару часов. Что, если поднимут тревогу?! Тогда меня вообще запрут в академии! До утра еще далеко.

— Значит, разбудим священника! – упрямо говорит Давид. В его глазах, едва различимых в темноте, мелькает что-то паническое, почти отчаянное. – Найдем его! Я не упущу тебя снова!

Он хватает меня уже обеими руками и начинает буквально тащить в сторону пристани, туда, где в тумане угадывается темный силуэт катера. Движения резкие, лишенные прежней уверенности. И я вдруг отчетливо осознаю, что больше не чувствую себя с Давидом в безопасности.

— Давид! Что ты делаешь? – возмущаюсь я, но голос звучит сдавленно, прерывисто.

Он не отвечает. Просто упорно тянет меня в сторону тускло мерцающих огней маяка и темного причала. Мужские пальцы впиваются в запястье, заставляя меня морщиться от боли. Я упираюсь ногами в тропинку, пытаясь замедлить движение.

— Пусти! – уже почти кричу я.

Страх сменяется гневом. Начинаю вырываться по-настоящему, с силой дергая рукой. Набираю в легкие воздуха, чтобы закричать во весь голос, но Давид вдруг резко дергает меня на себя. Я теряю равновесие, спотыкаюсь, и в тот же миг он грубо зажимает мне рот рукой. От неожиданности прикусываю губу. Острая боль и солоноватый привкус крови во рту, смешивающийся со вкусом его кожи. Глаза слезятся от боли и ярости.

Он вообще поехал крышей, что ли? Это не тот Давид, которого я знала. Это кто-то одержимый, опасный. Или знала я его не так хорошо, как думала?

— Дана… – Его голос шипит у моего уха, горячий и злой. – Вот в кого ты такая упрямая и взбалмошная? Ей-богу, с твоей матерью было проще договориться! Хотя… – Он фыркает. – Она тоже крови мне попила предостаточно!

Хочу спросить, куда он меня тащит. Но могу только глухо мычать и слабо дергаться в его железной хватке.

Давид сильнее, и его решимость пугает. Он неумолимо тащит меня к маленькому катеру, аккуратно пришвартованному у пирса. Тому самому, на котором приехали родители Элис.

Мысли путаются, сердце стучит в висках. Что Давид вообще задумал? Он собирается просто уплыть? Но у катера же должна быть охрана! Кто-то должен присматривать за дорогой частной собственностью, особенно в таком месте!

И тогда я вижу… его. Бесформенное тело, темное пятно у пирса. Охранник валяется на камнях прямо на подходе к катеру. Не двигается. Мертв или оглушен?

Холодный ужас леденит кровь. Значит, Давид предполагал такой исход? И заранее знал, что придется нейтрализовать охрану? Он и не ждал, что я добровольно пойду с ним к священнику? Его рассказ про венчание – просто уловка? Или он решил любой ценой убраться с острова, а уже потом разбираться?