Книга Жена злодея, страница 11 – Виктория Рогозина

Я стоял, укрытый тенью, наблюдая за её окнами, и не мог не задуматься о том, почему Антарес вновь и вновь возвращалась в этот мир. Она могла списывать свои бесконечные перерождения на волю Сварога или на капризы иных богов, которым подвластны судьбы смертных. Она, возможно, верила, что её жизнь связана с высшими силами, что её путь был предопределён кем-то свыше. Но я-то знал правду, ту горькую истину, которую она сама никогда не смогла бы осознать.

Каждое её возвращение, каждое новое рождение было не случайным. Не боги плели эту нить, а кто-то гораздо более коварный и могущественный, чья рука направляла её судьбу сквозь века. Я понимал, что Антарес была не просто жертвой обстоятельств, она была частью замысла, того самого, что когда-то давно начал осуществлять Кощей Бессмертный. Именно его тёмная магия и древние знания, скопленные за века, превратили её жизнь в бесконечную череду перерождений.

Её душа была связана с этой магией, удерживаемая на грани между жизнью и смертью, не способная найти покой ни в одном из миров. Каждый раз, когда она погибала, её дух не уходил в мир иной, как у других смертных, а оставался в этой реальности, как будто невидимая сила цеплялась за неё, не давая уйти. Эта сила тянула её назад, снова и снова заставляя проходить через муки рождения и жизни, словно ей было суждено испытать каждую из своих жизней до конца.

И я знал, что её перерождения — это не что иное, как часть долгого плана, который когда-то выковал сам Кощей. План, который был призван удерживать её в этом мире, чтобы в конечном итоге привести к чему-то великому, что ещё предстоит лицезреть, хотя и не очень-то и хотелось. Антарес могла быть не в курсе истинных причин своей судьбы, но я, её старый преследователь, знал, что она была ключом. Ключом к чему-то большему, к тому, что должно было произойти.

И теперь, стоя здесь, наблюдая за её мирной жизнью, я осознал, что она была не только жертвой этого замысла, но и его частью. И я должен был быть рядом, чтобы увидеть, к чему это всё приведёт. Ведь только я знал правду о её судьбе, правду, которую никто другой не мог понять.

Глава 4. Антарес

Иже мудрость ведает, тот силу обрящет:

ибо слово древнее крепче меча, а истина горше яда.

Я металась по квартире, нервно шагая взад-вперед, как зверь, запертый в клетке. Появление Луки Кейнсберга выбило меня из колеи. Встреча с ним не входила в мои планы, и я знала, что даже мельчайшее столкновение с ним могло обернуться чередой непредсказуемых последствий, как это уже бывало в прошлых жизнях.

Он вернулся так же внезапно, как исчезал. Моя тревога усилилась, когда я услышала мягкое урчание кота, который мурлыкал от удовольствия, получив от Луки лакомство. Это было его излюбленное начало — незаметное, тихое, но вызывающее ощущение неизбежной угрозы.

Я обернулась, и он стоял передо мной, высокий и крепкий, как и тогда, в далёком тысяча пятьсот тринадцатом году. Лука был одет в современную одежду — чёрные джинсы, облегающая футболка и кожаная куртка. Но даже в этих обычных, на первый взгляд, вещах, он выглядел как тот, кем он и был — могущественный ведун, ученик самого Кощея Бессмертного.

Лука не изменился. Его образ, хоть и подстроился под нынешнее время, всё равно внушал тот же холодный ужас, что и тогда. В прошлой жизни я видела его в боевых одеждах славянского воина — массивные кожаные доспехи, перепоясанные ремнями, длинные волосы, собранные в хвост, и тот же суровый взгляд. Молва о нём бежала впереди него самого, шепотки о его магических способностях и жестокости разносились быстрее ветра. Он был не просто ведьмаком, он был одним из самых могущественных ведунов своего времени, чьё имя вселяло страх в сердца даже самых смелых.