Книга За тобой на край вселенной. Путешествия в другие миры, страница 16 – Елена Кара

Инк Флай или чернильные мухи, напали на мегаполис под покровом ночи, они бесшумно проникали через открытые веранды и убивали всех мужчин, которых смогли найти. Они вонзали в живот жало, вводя парализующий яд, потом заплевывали лицо кислотой, которая проникая внутрь, выжигала глаза и дыхательные пути. Какое-то время бедняги всё понимали, и, не в силах пошевелиться, умирали от дикой боли и осознания собственной беспомощности.

Это была очень болезненная и унизительная смерть.

Колония дрозофил за одну ночь лишилась трети своих самых сильных воинов. Женщин и личинки чернильные мухи не тронули, они помнили пакт о соблюдении экологического баланса между расами, утвержденный богами и боялись его нарушить, страшась неминуемой кары. Боги однажды уже показали свою беспощадность к нарушителям, начисто изведя всех гигантских шершней, которые совершали набеги на колонии, исребляя всех подчистую.

Айлин присела у листа и взяла пушистую руку отца в свою, сжала его некогда сильные пальцы, слёзы закапали на черную морщинистую кожу.

Раздался резкий вибрирующий звук, это жрец, используя артефакт, оставленный богами, оповестил о начале погребения. Айлин прижалась к мохнатому корпусу отца, последний раз вдыхая его родной запах.

— Прощай, папочка, — зашептала она, потом быстро подняла голову и вонзила жвалы в антенну-усик на его голове. Тихий хруст резанул по нервам, и Айлин крепко сжала в руке талисман, который останется у неё и не даст забыть вкус родителя.

Раздались громкие голоса, и на веранду впорхнули несколько понурых воинов, они подхватили лист с телом и вынесли его наружу. Айлин шагнула следом: она смотрела, как воины спланировали вниз, присоединяясь к длинной траурной процессии, которая растянулась на всю улицу и скрывалась за поворотом.

Айлин прошла в дальнюю комнату и пристроила усик отца в висящую на стене циновку, из которой уже торчало несколько почерневших от времени сяжек. Вот мамина сяжка, Айлин осторожно тронула её пальцами, потом прикусила кончик, чувствуя во рту родной вкус. Это придало девушке сил, она вспомнила залитые солнцем луга, горы аппетитных чуть подгнивших фруктов, исходящих соком и пахнущих так умопомрачительно, что кружилась голова, ласковые руки матери, прижимающие её к теплой шерсти груди, её запах, такой родной, домашний.

Айлин почувствовала себя защищённой, она быстрыми скачками преодолела расстояние до веранды и спланировала вниз, занимая место в траурной процессии.

* * *

Элька с Малышом пробирались через катакомбы уже несколько часов. Ноги гудели, в горле пересохло, но Элька боялась пить воду, сочившуюся по стенам и стекающую непонятно куда. В самих пещерах было достаточно сухо, что не могло не радовать. Ко всему прочему ещё не хватало шлёпать по лужам и промочить ноги.

Малыш периодически уставал, он садился на камни и жалобно поскуливал, тогда Элька, тяжело вздыхая, брала его на руки и тащила из последних сил. Хотелось упасть и не двигаться, но она прекрасно понимала, что в холодной пещере нельзя долго оставаться в неподвижности, сразу замерзнешь и рискуешь заболеть, а не лекарств, ни больниц нет и не предвидится.

Батарейка телефона неумолимо садилась, хоть Элька давно выключила фонарик и теперь подсвечивала себе только экраном, лишь бы никуда не упасть и не врезаться.