Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 78 – Елена Кара

Я узнала её.

— Кто это? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Принцесса Эйлин, — сказал Дориан. — Старшая дочь правителя.

Я стояла перед портретом, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

На портрете была изображена моя бабушка.

Моя бабушка, которая пекла пироги и вязала свитера, оказалась принцессой крови, дочерью Ориэля и Тайлин!

Когда-то она жила в этом дворце, ходила по огромным залам и лестницам, пела и танцевала.

Она оставила Сильванор и начала жизнь сначала, но уже в мире людей.

Я смотрела на её улыбку, на цветы в волосах, на глаза, полные света, и мне казалось, что я медленно схожу с ума.

Получается, что в моих жилах течёт кровь правителей Двора Цветущих Туманов?

Я еле сдержалась, чтобы не сказать Дориану правду. Сказать, что Эйлин осталась жива, что вышла замуж за смертного, и что она моя бабушка.

Но я молчала.

Нет! Я не должна раскрывать все карты! Никто не должен знать, что я наследная принцесса Двора Весны!

Я сжала кулак, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. Боль подействовала отрезвляюще.

Я украдкой взглянула на Дориана. Он стоял рядом, глядя на портрет с лёгкой задумчивостью. Его лицо было спокойным, но я знала, что он умеет скрывать свои мысли лучше, чем кто-либо.

Он сказал, что не знает, что случилось с дочерьми короля.

Он действительно ни о чём не догадывается, или просто делает вид, проверяя мою реакцию?

Меня начало колотить. Я прикусила губу, пытаясь унять дрожь.

— Устала, — выдавила я из себя. — Слишком долгий день.

Дориан взглянул на меня. В его глазах мелькнуло беспокойство, а может мне это только показалось.

— Пойдём, — сказал он. — Надо найти место для ночлега.

Я пошла за ним, чувствуя, что ноги почти не слушаются. В голове шумело. Я не должна выдать себя!

Ни словом, ни жестом!

Я не могу ему доверять — он ведь даже не человек, он бессмертный фэйри, и у него свои цели.

А я должна спасти брата.

И у меня нет права на ошибку.

Глава 33

Мы нашли место для ночлега в одном из уцелевших залов. Крыша здесь частично обрушилась, но стены держали свод, а пол был ровным и сухим. Дориан быстро развёл костёр из обломков деревянных балок, и пламя осветило тёмные стены, отбрасывая длинные тени, которые плясали по камням, как призраки прошлого.

Я сидела у огня, глядя на танцующие языки пламени, и чувствовала, что усталость всё таки берёт своё.

Необходимо отдохнуть, чтобы набраться сил, но, как я не старалась заснуть, сон не шёл. Слишком много мыслей крутилось в голове: голоса из прошлого, бабушка, дворец, пожар.

Перед внутренним взором стояли глаза с портрета. Мои глаза.

Дориан сидел напротив и молчал, думая о чём-то своём.

Я посмотрела на его освещённое пламенем лицо и внезапно осознала насколько он древний.

Молодая оболочка обманчива, а этот фэйри прожил уже не одну сотню лет.

Вероятно моя жизнь кажется ему мгновением, которое пролетает так быстро, что не имеет никакой ценности.

Как у бабочки однодневки. Зачем ему беспокоиться о смертной, которая сама скоро умрёт от старости?

Я прилегла на травяную подстилку, слушая, как где-то вдалеке кричит ночная птица, а ветер завывает в разрушенных арках, словно оплакивая то, что было безнадёжно утрачено.

Я не заметила, как Дориан ушёл.

Вероятно, я на мгновение задремала, а когда подняла голову, у костра его уже не было.