Книга Не водись с фэйри. Оковы любви, страница 15 – Елена Кара

Я кивнула и вылезла из машины.

Рюкзак рванул плечи вниз, будто хотел приковать меня к земле. Он был слишком тяжёлый. Я закинула лук за спину, поправила колчан со стрелами, тронула рукоять длинного клинка на поясе. Дядя наточил его до остроты бритвы.

Рябиновые стрелы в колчане пополам с обычными. Они отличались по цвету оперения: обычные с серым, рябиновые с белым, и с вырезанными на древках рунами, которые дядя наносил весь вечер, бормоча что-то себе под нос.

В силу рун я верила мало, но раз дяде так спокойнее, то я не возражала.

— Элоди, — дядя Гаррет стоял у капота. — Будь осторожна. Помни всё, что я говорил. Не называй имя. Не заключай сделок. Ничего не бери из их рук, даже если кажется, что это подарок. И…

— Я помню, — перебила я и голос прозвучал увереннее, чем я себя чувствовала. — Не переживай за меня, я справлюсь.

Он долго смотрел на меня, потом шагнул вперёд и крепко, по-медвежьи, обнял, так, что хрустнули кости.

— Прости меня, — прошептал он мне в макушку. — Прости, что не уберёг, что не могу пойти с тобой. Из-за ноги я буду только обузой. Не убежать ни смогу, ни дойти хоть сколько-нибудь далеко.

Я кивнула, высвободилась из его объятий, поправила лямки рюкзака и пошла вперёд по горной тропинке.

Я не оборачивалась. Слышала, как за спиной чихнул двигатель пикапа, как зашуршал гравий под колёсами машины. Дядя решил уехать, видимо у него не было сил смотреть, как я исчезаю в тумане.

Я шла ровно, с прямой спиной, делая вид, что всё хорошо, на тот случай, если он меня всё ещё видит. Что рюкзак не весит тонну, что лямки не впиваются в плечи до синяков, что лук не бьёт по спине на каждом шагу.

Как только тропа скрыла меня от дороги, я остановилась.

Рюкзак полетел на землю. Я опустилась рядом на корточки, пытаясь отдышаться. Голова кружилась, в глазах потемнело. Я смотрела на эту чёртову гору снаряжения и понимала: с таким грузом я далеко не уйду. Максимум — час, и свалюсь замертво.

Но выбора не было.

Я мысленно перебрала вещи: палатка, спальник, коврик, бурдюк, котелок, еда, немного воды, аптечка, тёплая одежда, верёвка, нож, фонарик, спички, стрелы, клинок, лук. Всё нужное. Всё жизненно важное. Всё, без чего я могу сдохнуть в Сильваноре в первую же ночь.

Я стиснула зубы, закинула рюкзак обратно на плечи и пошла дальше.

Шаг за шагом. Метр за метром. Я перестала думать о весе, перестала считать минуты, просто ставила одну ногу за другой, смотрела на тропу и дышала, как паровоз. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

Не знаю, сколько я так шла, но показалось, что целую вечность.

Тропа становилась круче, камни — острее. Я цеплялась руками за выступы, скользила подошвами по осыпям, материлась сквозь зубы, но лезла вверх. Рюкзак тянул назад, хотел сорвать меня со скалы, сбросить вниз, размазать по камням.

Я не сдавалась.

Чёртов Палец постепенно вырастал передо мной.

Чёрная скала, уходящая в небо, у подножия клубится густой туман. Такой белый и неестественный, что мне стало жутко. Он не стелился по земле, а стоял стеной, ровной и прямой, как граница между мирами.

Я спустилась с последнего валуна, и ноги утонули в белой мгле по щиколотку.

Сразу стало жутко холодно.

Озноб пробрал до костей, хотя куртка была непромокаемой, а под ней — термобельё.

Я сделала шаг.

Второй.