Книга Ты — мой Свет, страница 38 – Даниэль Ли

Я тихо зашла в палату и подошла к койке. Лежавший на ней маг выглядел скверно: бледный как полотно, покрытый испариной. Его магические каналы, похоже, были повреждены: остаточная энергия выходила из-под контроля и хаотично сочилась прямо с кончиков его пальцев мелкими, колючими искрами, мешая краям рваных ран стянуться.

Я поставила корзинку с медикаментами на столик и склонилась над ним.

— Ну здравствуй, — мягко произнесла я, доставая чистые бинты. — Как ты себя чувствуешь?

Он с трудом приоткрыл воспаленные веки и мутным взглядом посмотрел на меня.

— Паршиво… — едва слышно выдохнул он.

— Ничего, это временно. Сейчас мы тебя подлатаем. — Меня зовут Лисса, — я ободряюще улыбнулась, хотя от вида его увечий сердце болезненно сжалось.

— Ну а тебя как звать, герой?

— Томас. Томас Ирвин, госпожа Лисса… — слабо прохрипел раненый сержант.

— Лежи смирно, Томас, мне надо обработать твои раны. И с магией осторожней, что за хаотичные всплески вокруг тебя? Сожжешь мои мази, новые на тебя тратить не стану. Это понятно?

— Что уж тут непонятного, госпожа Лисса… — он попытался усмехнуться, но тут же болезненно скривился.

За спиной раздались тяжелые шаги. Воздух в палате вдруг стал густым, я уловила терпкий мужской запах и кожей между лопаток ощутила на себе пристальный, изучающий взгляд. Я медленно обернулась, и мир вокруг просто перестал существовать. Дыхание сбилось, застряв в горле болезненным комом. Я не могла сделать ни вдоха.

В паре шагов от меня стоял Касс и не мигая смотрел на меня.

Огромным усилием воли я заставила себя взять эмоции под контроль. Опустив глаза в пол, чтобы не выдать себя, я сделала короткий книксен. Затем плавно развернулась обратно к койке сержанта и произнесла внезапно охрипшим голосом:

— Я зайду чуть позже, Томас.

И, обогнув застывшего лекаря и высокую фигуру в военном мундире, молча направилась к выходу.

Шаг. Второй. Третий. По коридору — в первую попавшуюся каморку.

Едва за мной захлопнулась хлипкая деревянная дверь кладовой, я прижалась спиной к стене и судорожно выдохнула, закрыв лицо руками. Колени предательски задрожали, заставив меня медленно сползти по стене вниз, прямо на дощатый пол. Сердце в груди колотилось так, словно я пробежала несколько миль.

Какой же он стал... Перед глазами стоял его образ. Статный, высокий, невероятно красивый в этой темной военной форме, подчеркивающей разворот широких плеч. Его чуть отросшие черные волосы — те самые, которые мне так нравилось перебирать пальцами в темноте, когда он засыпал под мою колыбельную. Тонкие, едва заметные белёсые шрамы на лице всё ещё были видны, если присмотреться. Но они не портили его, а наоборот, делали лицо более хищным, мужественным. Он стал жестче, властнее. Это был уже не тот уязвимый, израненный мужчина из лесного домика, а настоящий генерал.

Но главное... Он видит.

Слёзы облегчения горячими каплями скатились по моим щекам. Он всё видит! Слава Великой Матери, зелье и магия целителей сработали.

Паника постепенно начала отступать, уступая место холодному рассудку. Я вытерла щёки тыльной стороной ладони и поднялась на ноги.

Это мой идеальный шанс. Он не сможет меня узнать, ведь он никогда не видел моего лица, а значит, пока я могу просто понаблюдать за ним.

Мне нужно понять, какой он человек. Как он общается с ранеными? Как отдает приказы? Бережет ли своих людей или относится к ним как к пушечному мясу? Осталась ли в этом суровом военачальнике хоть капля той искренней теплоты и нежности, которые были в моём Кассе?