Книга Пари на императора драконов, страница 38 – Мария Лунёва

— Наелся, друг мой драгоценный, — продолжала я шипеть.

Он кивнул и, нехорошо так взглянув на Олсена, встал. Я за ним, не зная, то ли его поцеловать от радости, а то ли кулаком зарядить между лопаток.

— В следующий раз станцуем, — я нарисовала на лице улыбку и кивнула настойчивому орину.

— О, поверьте, так и будет, — он кивнул в ответ и отошел.

— А с тобой спорить не осмелился, — шепнула я Комиру, стоило нам немного отойти.

Рука фера опустилась на мою талию. Я пристроила свою ладонь на его плечо, и мы сделали первые шаги.

— Они так боятся тебя, Комир. Ты и правда можешь в обороте разодрать дракона?

Я поймала его взгляд. И он качнул головой подтверждая.

— Но дело не только в этом, да? Льюис - сильнейший темный, но Олсен рискнул пойти против него. Есть еще что-то?

И снова кивок.

— Дело в твоем даре?

Моргнул.

«Нет», — поняла я.

— Ты действительно необычный. И знаешь, в чем странность? Я ведь в тебе не брата вижу. Мужчина, опасный и сильный. Но при этом с тобой так легко. Ни смущения, ни страха. Это что-то значит?

Он улыбнулся.

— Друзья, да?

Довольный кивок.

— Повезло же мне, — выдохнула, позволяя ему вести себя в танце.

Кружась в объятиях молодого фера, я искала взглядом в зале совсем другого мужчину. И он нашелся рядом с музыкантами. О чем-то весьма эмоционально разговаривал с генералом Ярвеном.

Куда только весь этот напускной холод делся? Ни высокомерия, ни чванливости... Словно снова амператора из детства увидела. Хотя обманываться на его счет совсем не хотелось.

— Хм... — раздалось мурчащее над ухом.

— Не мешай, Комир, я бывшего друга рассматриваю... Нет, ну как так-то? И, знаешь, обиднее всего, что я ведь маленькой верила, что он... — вздохнула и прикусила язык. - Хотя чего от тебя скрывать, я верила, что он и правда меня в жены зовёт. А он... предатель!

Фер сжал меня крепче в объятиях. И так хорошо стало. Да плевать на приличия... И вдруг я поняла кое-что.

— Тебе совершенно не нужно врать, — шепнула почти счастливо. — Ты всегда знаешь правду, а значит, с тобой можно быть такой, какая я есть.

Я поймала взгляд его светлых голубых глаз и улыбнулась.

— Я ведь темная, фер. Ведьма. С детства только и слышу: так нельзя, будь милой, не проявляй эмоции. А знаешь, как сложно быть хорошей, когда внутри тебя клокочет тьма? Когда ты видишь всю человеческую суть, слышишь, как смердит душевной гнилью. И Льюис такой же. Он ведь как я — тьма. Я так мечтала увидеть его вновь, грезила этой встречей, что найду в его глазах понимание и обещание поддержки. А он... Так больно осознавать, что наша дружба была для него чем-то пустым и ненужным.

Я вздохнула. Флиртовать с медведем совершенно не хотелось. Рядом с ним было хорошо и спокойно. Надежно.

А главное, он молчал и слушал. По-настоящему, а не так, напоказ. Этикета ради и приличий для...

Но ничто не может длиться вечно... Отгремели последние аккорды вальса, и мы остановились.

Я поклонилась феру и позволила ему увести себя с танцевального поля. Но дойти до диванчиков мы не успели.

Снова загремела веселая легкая мелодия.

— Котильон? — я вопросительно уставилась на Комира. — А разве он был заявлен в программе?

Медведь усмехнулся и взглянул куда-то поверх моей головы.

— Юниль, неужели ты так сегодня и не потанцуешь с другом своего отца?