Книга Пари на императора драконов, страница 29 – Мария Лунёва

Он благодарно приподнял уголки губ. Через минуту первый и второй вальсы были отданы ему. У Аделии, правда, желает ли она их с ним танцевать или нет, спросить забыли.

После чего фер обернулся на меня.

— А я дома карточки оставила, — честно призналась я.

Он повернул голову к Аделии и вопросительно приподнял бровь.

Она дошла до стола и вытащила ещё одну чистую. При этом вид у орины был ну такой... как будто её чем-то по голове прибило.

— А? — она уставилась на медведя. — Почему два вальса?

«Три неприлично», — появилось на его дощечке.

— Ну да, — она всё так же пришибленно кивнула.

Комир тем временем вписался на мой третий вальс и повернулся к гардеробному шкафу. Демонстративно размял плечи и залез в него с головой — выбирая нам платья и аксессуары.

Кажется, в пари он принял мою сторону.

Да, я оказалась права.

Нас было трое. В положенное время в большой императорский бальный зал фер Комир вошел, держа нас под руки: Аделию справа, а меня — слева. При этом я натолкнулась на сердитый взгляд Дары. Моя, вроде как, все же подруга стояла рядом с ориной Сабриной. Они о чем-то тихо перешептывались.

Спелись. Успели, выходит.

Стало неприятно.

Я отвернулась, но, видимо, эмоций скрыть не смогла, потому как Комир сжал мои пальчики и улыбнулся так, что я — на секундочку, темная ведьма — покраснела.

— Я постоянно забываю, что ты, медведь, меня младше, — проворчала уязвленно.

Он хохотнул и повел нас дальше.

Величественный зал искрился светом сотен свечей, отражаясь в зеркалах, расположенных по периметру. Хрустальные люстры, казалось, парили в воздухе, а пол был начищен до блеска, отражая танцующие огни. Аромат благовоний и дорогих духов наполнял воздух, смешиваясь с легким запахом цветов, украшавших столы и колонны.

Пока я разглядывала зал, Комир довел нас до диванчика. Усадил Аделию, затем меня, а сам нагло разместился между нами. И ни намека на приличия.

— Фер, а фер, а не наглеешь? — мило поинтересовалась.

«С каких пор тебя такие мелочи волнуют?» — появилось на его аккуратной дощечке, приделанной к поясу.

— Я за Аделию переживаю, — нашлась с ответом.

— Да я не против, — рыженькая выглянула из-за него. — У меня друзей среди оринов и феров никогда не было. Это даже мило.

«Ты меня еще в братья запиши», — появилось на доске.

— Ну нет, — кажется, и эта краснела, становясь похожей на морковку. — В братья не годишься. Но... неужели ничего нельзя сделать, чтобы исправить это? — Она коснулась горла, давая понять, что говорит о его немоте.

Комир улыбнулся и покачал головой.

— Но твоя сестра — целитель, — настаивала она.

Но фер снова затряс головой.

— Мы познакомились еще детьми, — я зачем-то влезла в разговор. — Задавала те же вопросы. Была надежда, что после оборота увечье исчезнет, но этого не произошло. Хотя, поверь, совсем скоро ты перестанешь обращать внимание на то, что приходится читать с его доски. Комир очень быстро пишет. Однажды мы так даже поругались.

Фер кивнул, а после подмигнул Аделии. Зря. Красные пятна, только что сошедшие с ее щек, появились там снова.

Мы замолчали. Облокотившись на подлокотник дивана, я снова увлеченно принялась рассматривать зал.

Все здесь было для меня непривычным. Не как у нас на Севере.

Свет струился словно отовсюду. Он мягко окутывал зал своим теплым сиянием. Тихо играли на небольшом возвышении музыканты, их мелодичные пассажи создавали приятный фон, не мешая оживленной беседе. Мой взгляд скользил по гостям, задерживаясь на каждой детали. Любопытство брало верх. Дамы, словно яркие экзотические птицы, блистали в пышных, тяжелых платьях, украшенных замысловатым шелковым шитьем и россыпью драгоценных камней. В их прически были искусно вплетены изящные цветы, источающие тонкий аромат. На шеях красовались ожерелья. Дорогие, броские, недвусмысленно демонстрирующие статус их владелицы.