Книга Вернуть огонь, страница 16 – Пальмира Керлис

Лестницу устилал ковер. Настоящий, ворсистый, в пестрые ромбики! Как в машину времени угодила… Резные перила, между пролетами – рядки аккуратных узких почтовых ящиков и фиалки в горшках. Через два этажа – обитая войлоком дверь. Едва Родион ее отворил, я первой юркнула внутрь, не дожидаясь приглашения. Ох ты ж! Просторный коридор в книжных шкафах вдоль стен, люстра на три рожка под высоким потолком, выцветшая елочка паркета. Всюду книги: забитые полки над дверьми, стопки на стульях. Пахло старым деревом, немножко пылью, и чем-то неуловимо родным и знакомым из далекого детства.

— Олдскульно, – поделилась я впечатлениями.

— Были времена, да, – Родион тяжело вздохнул, пристраивая куртку и пакет на колченогую вешалку. – Не то, что теперь. До сих пор не привык…

— А?! – Почувствовала, как глаза выкатываются из орбит. – Тебе сколько лет-то?

Он попытался сделать серьезное лицо, но улыбка все испортила. Уж слишком издевательская была. Оп-я-ять!

— Хватит надо мной глумиться! – разъярилась я, для внушительности притопнув. – Прикалываться, троллить и нести чушь!..

— А ты не ведись, – посоветовали как ни в чем не бывало, – не то, знаешь ли, сложно удержаться… Идем есть.

Желудок согласно булькнул, и я поняла, что за еду готова простить все. Даже шуточки эти идиотские. Что у нас тут на кухне? Дверная мебель, допотопная плита, слой крошек, бог весть когда в последний раз мытая чашка, огромная микроволновка, хоть слона разогревай, и кофемашина с таким количеством программ, что ловушка для призраков тоже вполне могла быть встроена. Вот так смесь! Впервые постигла истинное значение слова «диссонанс».

Родион куртку снял еще в прихожей, но теперь можно было внимательнее рассмотреть футболку со схематичной мордой недружелюбного оленя, настолько растянутую по широкой груди, что отчетливо проступали контуры мышц. Да-да, именно оленя я и изучала. А еще татуировку на предплечье. Странный знак – круг, четырехконечная звезда и причудливо сплетенные волны, волны, волны. Наверное, по работе что-то особо оккультное. Он полез в холодильник, я бесцеремонно заглянула за приоткрывшуюся дверцу. Ну, ясно – живет один. Ничего, кроме бережно накрытой тарелкой кастрюли и залежей пельменей в морозилке. Может, у него девушки и нет? Или она не фонтан, и не заботливая совсем. Мысленно отвесив себе затрещину за неуместные предположения, я усадила себя на стул и принялась рассматривать свои ногти. Мало интересного, конечно, но я ему и без призрачного отпугивания не очень-то нравлюсь. Разве что задницу оценил. Но задница – это такое, идет только в комплекте со мной. Поэтому, извините.

— Как мы будем вызывать воспоминания, проясняющие, что случилось в прошлом? – спросила я с расчетом на то, что услышу в ответ нечто язвительное, отчего у меня разом пропадет интерес к оленям. – По другим лесам и магическим деревьям прокатимся?

Родион отвлекся от богатого ассортимента холодильника.

— Все дело в пледе, – не подвел оленевод, и вдруг безо всяких издевок добавил: – А еще под тем деревом его невесту нашли. Мертвую.

— Чего?! – Я подскочила на стуле. – Откуда ты знаешь?

— Та история много шума наделала. Даже века спустя… отголоски.

Господи, и я там сегодня сидела? Жуть!

— Ее же барон убил, – вспомнилась самая популярная версия легенды, – из ревности. Накануне свадьбы.