Книга Любовь с первого ритуала, страница 88 – Пальмира Керлис, Матильда Старр

— Вот и славно, — сказал Вилард, будто не его несправедливо арестовали. — Тогда мы пойдем. Простите за разрушения. Уборку и ремонт я оплачу.

— Дело не в причиненном ущербе, — не согласился полицейский помоложе и понаглее. — Это нападение….

— Это. Досадное. Недоразумение, — отчеканил наставник, и представитель попранного мной закона замолчал, будто подавившись словами. — Продуктивного вам остатка ночи.

Пока меня не передумали отпускать, я попятилась к обрушенной стене, но Вилард ухватил за локоть и допятиться не дал.

— На улицу мы пойдем нормально, через дверь, — поставил он меня перед фактом и, бросив печальный взгляд на недопитый чай и недоеденные печеньки, шагнул из камеры в коридор.

Я на секунду задержалась и тихонько свистнула Бэллочке. Та сразу поняла, что хватит притворяться трупиком, и молнией метнулась ко мне. Заскочила на руки и спряталась за пазуху. Тогда я и вышла в коридор. В разрушенной камере мне точно делать было нечего, тем более что Вилард уже утопал вперед и на ходу раздавал этим двум полицейским указания:

— Умертвий собрать в мешок и принести к моему дому. Можете не бояться, они качественно обездвижены. А вот упокоить их надо по всем правилам. Займусь этим после.

Я шла и удивленно оглядывалась по сторонам. Странно, вроде бы моя армия ломала только одну стену, а обрушенными оказались несколько. Видимо, здание очень уж старое и строили не на совесть. Или какие-то неучтенные зайцы продолжили штурм, не ограничившись камерой, команды «Отбой» ведь я не давала… То тут, то там в стенах зияли дыры, где-то двери сорвало с петель.

— Сказал же, ремонт оплачу, — мрачно обещал Вилард возмущенным полицейским.

Опять у него из-за меня сплошные траты… Но чувствовать вину и неловкость что-то никак не получалось. Я собой гордилась: правильно убийцу угадала! То есть, конечно же, вычислила.

Возле одной дыры в стене я притормозила. Там шел допрос! Понурый Филон сидел за столом напротив сурового полицейского, опустив голову, и мял в руках перчатку со словами:

— Услыхал, что некроманта арестовали.… А это не он.… Не могу я иначе….

Мне пришлось хорошенько прислушаться, чтобы разобрать его бубнеж.

— Я спать вчера лег и сон видел, что стою над телом господина Бурдона. В нем — нож, на полу кровь. И вроде бы нож этот я принес. Хорошо помню, как держал его в руках, а на руках были перчатки. Проснулся, выдохнул: ну и приснится же такое! А потом раз — и понял. Это не просто приснилось, я и в самом деле там был. И стоял, и наяву все видел.

— Что же ты сделал потом? — хмуро спросили его.

— Домой пошел. Еще ночь была. Рубашку постирал, пятно на ней было какое-то грязное.

— Кровь, поди!

— Нет, то ли грязюка, то ли сажа. Подумал: вот же уляпался где-то. Да и спать лег.

— А о том, что ты человека убил, не думал?

— Нет, вообще не думал. Забыл… Как корова языком слизала.

— Забыл, значит, — с ехидцей ввернул полицейский. — Ну да, сущая мелочь. Может, ты еще кого убил и тоже забыл?

Захотелось стукнуть гада в погонах, очень уж жалко стало Филона. Такой он был растерянный и несчастный.

— И за что ты его? — продолжался допрос.

— Жена мне его нравилась…. — Бармен опустил голову еще ниже. — Госпожа Стефания.

— Ага, мотив имеется, — удовлетворенно констатировал страж порядка.