Книга Наследница хаоса. Энтропия, страница 44 – Пальмира Керлис

— Уверена, что хочешь у нас работать? — Она напряглась. — Будут еще такие ситуации.

— Переживу, — пожала я плечами. — Мне нужны деньги. И в бутике мне нравится.

— Девочка нарочно испортила платье.

— Я заметила.

— Трудно тебе будет, — покачала головой Мариза.

Ну уж трудностей я не боюсь. Эти даже на трудности не тянут — так, мелкие пакости. Но дорогостоящие. Гислейн хотела подставить меня, а раскошелилась сама. Правда, ей-то что — деньги родительские. А я получила процент с продажи и моральное удовлетворение.

Я задвинула ящик сейфа и поправила стопку чеков. Если девицы попробуют повторить тот же фокус при мне одной, будет тяжелее. Но я непременно разберусь. Хаос — он, знаете ли, великий уравнитель.

До самого закрытия в бутике было тихо и мирно. Заглянули еще несколько покупательниц — одна купила перчатки, другая платок, третья долго перебирала нижнее белье, но ушла с пустыми руками. Я брала деньги, выписывала чеки, снимала сигнальные метки — все как учила Мариза. К концу смены чувствовала себя так, будто проработала здесь не первый вечер, а по меньшей мере месяц.

Колокольчик звякнул в последний раз, дверь закрылась. Мариза повернула табличку на «Закрыто» и довольно констатировала:

— Смена прошла отлично. Ксара, вы схватываете на лету.

— Способная, — скромно согласилась я.

Она хмыкнула и стала подсчитывать чеки. Я следила за ее руками — как сверяется сумма в сейфе с бумагами и записывается итог в толстый гроссбух. Затем Мариза отсчитала монеты и протянула мне.

— Пятнадцать серебряных. Половина ставки за совместную смену. Плюс процент с продаж — шестьдесят серебра сверху. Итого семьдесят пять.

Практически золотой. Я взяла тяжеленькие, холодные, пахнущие металлом и возможностями деньги. Не состояние, но для первого раза очень даже неплохо. Проценты — сила! Особенно когда продаешь платья на шестнадцать золотых разом. Пусть и при таких обстоятельствах.

— Теперь смотрите, как закрывать смену, — учила Мариза. — Деньги и чеки должны сойтись до медяка. Затем приходит доставщик, забирает выручку и оставляет расписку. После этого запираете сейф, гасите светильники, активируете охранные чары.

— Ключ от бутика у меня будет?

— Пока нет, вы на испытательном сроке. Завтра не работаете — с утра заступает Эльза, она ведет смены до конца. Вам нужно прийти послезавтра.

Я кивнула. Эльза — вторая продавщица. Надо будет с ней познакомиться.

Мы дождались доставщика — мужчину в форменной куртке. Он расписался в журнале, забрал мешочек с деньгами и исчез в сумерках. Мариза погасила магические светильники и вышла на улицу. Мы попрощались, она заперла дверь и удалилась по брусчатке в сторону кампуса, а я задержалась у витрины с мерцающим с свете фонарей платьем. Прижала ладонь к стеклу и сообщила ему:

— Ты мое. Поняло? Не смей продаваться никому другому.

Платье обиженно заколыхалось, будто говорило: «Я подневольное».

— А ты не поддавайся, — наставительно сказала я. — Смотрись на всех плохо. Сиди косо. Заставляй потеть. Порвись, в конце концов. Ты же кружевное — тебе это раз плюнуть.

Платье замерло, я вздохнула. Можно было бы, конечно, порвать его самой и выкупить по себестоимости за пять золотых. Но за такое с испытательного срока вылетают мгновенно. А мне нужна эта работа. Да и портить такую вещь — себя не уважать. Так что придется действовать честно. Ну, или почти честно.