Книга Без права на побег, страница 4 – Елена Леонтович

Мэри МакДональд уже ушла — прежде чем исчезнуть, она взглянула на Лили с жалостью. И это был худший взгляд из всех. Не испуг, не равнодушие, а жалость. Как будто знала, что Лили придётся увидеть.

Сейчас внутрь пошла Марлин МакКиннон.

Прошло много времени. Слишком много. Лили уже начала шагать по траве, туда и обратно, не в силах усидеть. Что-то сжималось внутри. Под ложечкой — неприятный холод, будто пиявка присосалась к самой душе.

И тогда — завеса тростника дрогнула.

Марлин вышла. Бледная. Потрясённая.

Глаза — полные ужаса.

Она остановилась, взглянула на Лили — и в этом взгляде не было ни утешения, ни поддержки. Только страх.

Марлин развернулась и побежала.

Дом распахнул двери, хлопнули ставни, и с улицы раздался хлопок аппарации. Она ушла. Без слов.

Лили осталась одна. На опустевшей лужайке, в которой не было ни единого звука. Только ровное дыхание болота. Тростник зашуршал, как будто удовлетворённо.

И тогда она услышала голос. Тихий, ровный, лишённый интонаций:

— Твоя очередь.

Лили, осторожно придерживая тростник, подошла к каменному кругу с темной, словно застывшей в глубине колодца, водой.

— Коснись рукой воды, — скомандовала ведьма ровным, безэмоциональным голосом.

Лили подалась вперёд, прикоснулась к поверхности. От её пальца по воде разошлись тонкие кольца, которые быстро растворились в темноте. И вдруг вода словно ожила: на поверхности заиграли картинки, плавно сменяясь, будто кадры из кино.

Вот — свадьба Лили и Джеймса, зал наполнен светом и улыбками.

Вот — война с Пожирателями, битвы, страх и потери.

Вот — беременность и рождение сына — чудесного ребёнка, символа их любви и надежды.

Потом — пророчество, таинственный Альбус Дамблдор, его Фиделиус, словно мерцающий оберег.

И затем… волосы Лили встали дыбом от ужаса. Нет. Нет. Нет!

Она увидела то, чего боялась больше всего — её собственную смерть, глупую и бессмысленную, в Хэллоуин 1981 года.

Сердце сжалось. Её губы дрожали.

— Я не хочу так умирать! — вырвалось срывающимся голосом. — Я готова бороться, но хочу безопасное будущее!

— Тогда выбери другое, — спокойно сказала ведьма, не меняя выражения лица. — Мы показываем будущее, но выбор — твой.

— А если я всё расскажу Джеймсу и мы уедем? — робко спросила Лили, пытаясь ухватиться за спасительную надежду.

Миссис Фэнвич кивнула в сторону круга. И Лили увидела снова Джеймса, смеющегося над ней, такой же упрямый и несерьёзный, и тот же неизбежный исход — трагедия, несмотря ни на что.

Желание жить, любить, быть вместе — горело в ней ярче любого золота Поттеров, но… судьба, казалось, не отступала.

— А если я расторгну помолвку? — отчаянно спросила Лили.

Ведьма улыбнулась тонко, почти беззвучно.

— Магическая помолвка — нечто иное. Её нельзя расторгнуть в одностороннем порядке. Только по обоюдному согласию.

Тишина повисла над каменным кругом, тяжелая и гнетущая.

Лили поняла — выбор есть, но он куда сложнее, чем казалось.

— Я попрошу Джеймса, он поймёт… — с надеждой в голосе произнесла Лили.

Болотная ведьма снова кивнула на круг с водой. И Лили увидела, как её Джеймс, с тёмной усмешкой, накладывает на неё Обливейт — заклинание забвения.

Весь мир вокруг казался диким сном, но Лили отчётливо понимала: это реальность. Она помнила, как спешила выйти замуж, как уговаривала себя, что надо слушать маму… Но теперь внутри всё горело жаждой жить любой ценой.